«С какой целью мы это делаем, Златоглазка?» — спросил Флинн. — «Чтобы Йон умер?»
«А, он не умрет. Он высказал своё мнение, как мужчина, и, возможно, выйдет из всего этого с женщиной на руках. А кланы наконец-то поймут, насколько серьезно нападение драконов» — Рой никому не сказал, что убил талморцев и обставил это как нападение дракона. Он потер колени и посмотрел на ворота города. Серые Гривы возвращались обратно в город, выглядя спокойно и в то же время немного напряженно: «Идемте. Пора пожинать наши плоды»
***
Группа людей стояла вокруг костра в Доме Серых Грив. Фрейлия держала Торальда за руку и с благодарностью смотрела на троицу: «Тот, кто спас моего ребенка, был дракон, но ваша информация оказалась правдой»
«Наша семья всегда держит слово. Отныне в течение года Небесная Кузница будет вновь открыта для города, а воины будут снабжаться моими лучшими творениями» — Йорлунд держал свою бороду и говорил серьёзно. Небесная Кузница принадлежала Соратникам, и всё, что выходило из его кузницы, предназначалось исключительно для Соратников. Однако он был хранителем кузницы, и он мог открыть кузницу для остальных на год. «Но при одном условии. Ярл должен знать об этом. Всё, что сделано в Небесной Кузнице, предназначено только для победы над драконом. Солдаты не должны использовать их против нордов, понятно?»
«Да»
Флинн потер руки, в его глазах вспыхнуло предвкушение: «Почтенная Фрейлия, можем ли мы получить нашу награду сейчас? Наше собственное оружие или доспехи, если мне не изменяет память»
Фрейлия на мгновение замерла, не желая отдавать Драконорожденному его награду. По её мнению, эти люди не так уж много сделали для спасения. Даже без них Йон все равно вернул бы Торальда.
Однако Йорлунд стукнул себя по груди: «Просто скажите мне, что вам нужно. Кроме изделий из Эбонита и Лунного камня, я могу сделать для вас все, что угодно»
Троица обменялась взглядами и зашепталась между собой. В итоге Флинн выбрал стальной меч, а Арвел попросил пару стальных кинжалов. Рой попросил набор стальных доспехов. Поскольку стоимость его была значительно выше, чем у оружия, он выложил из своего кармана двести монет, но это его не смутило. Хорошее оружие и доспехи означали для искателей приключений выживание.
Йорлунд проверил преобладающую руку Флинна и Арвела и снял мерки с Роя: «Приходите через неделю»
«Ах, у нас ещё есть просьба, если можно» — сказал Арвел. — «Мы слышали, что Соратники — сильные воины. Если они смогут помочь городу с…»
Йорлунд покачал головой: «Соратники независимы от города. Даже Балгруф не может ими командовать. Я всего лишь нанятый ими кузнец, так что убедить их помочь я тоже не смогу. Если вы хотите поговорить с ними, вам придется отправиться в медоварню на востоке»
Трио кивнуло: «Мы желаем Торальду скорейшего выздоровления»
Они поклонились и покинули Дом, после чего пришли в Дом Сынов Битвы. Внешне Олфрид выглядел спокойным, но в его глазах пылала ярость. Он явно был зол, но, поскольку Серые Гривы согласились помочь с нападением, ему ничего не оставалось, как выполнить свое обещание.
Увидев, как дракон напал на Талмор, Олфрид немного изменил свое мнение. Нападение дракона произошло ближе, чем ему хотелось бы. Если бы это чудовище напало на его фермы, они потеряли бы гораздо больше, чем несколько человек. ‘Возможно, ребята правы. Пришло время подготовится’. Он пообещал, что на следующий день отправит небольшую армию на помощь.
***
Получив обещание кланов помочь, троица вернулась к Балгруфу и сообщила о своем успехе. Обрадованный, ярл похвалил их и пообещал награду после окончания. Тогда Рой отправился к Фаренгару и потратил шестьсот монет на покупку нескольких книг заклинаний. Одно из них называлось «Вызов огненного атронаха», второе — «Огненная рука», а последнее — «Исцеление».
К своему ужасу, после того как он ознакомился с тремя книгами заклинаний, он понял, что у него есть способности только к заклинаниям зачарования. Заклинания Разрушения и Восстановления не отвечали на его призыв. Руна Колдовства в его сознании немного изменилась. На горящей двери появилась вторая строка цифр. Это была руна, отличная от Вызова питомца. ‘Должно быть, это какая-то начальная точка в Обливионе’
‘Вызов огненного атронаха:
Затрачивает 100 маны и 10 опыта. Вызывает из Обливиона огненного атронаха, который может помочь вам в бою. Атронах может находиться в этом измерении в течение 5 минут. Чем выше уровень навыка, тем дольше может находиться атронах и тем меньше затраты маны’
***
Закончив дела на сегодня, троица вернулась в «Гарцующую кобылу» и расположилась на ночлег. Не успел расцвестись рассвет, как Флинн и Арвел уже упражнялись в фехтовании. Рой вышел из комнаты, чтобы опробовать свое новое заклинание.
Рой представлял себе атронаха как нечто вроде шара пламени или что-то похожее на ифрита, которого он видел, но нет. Это было прекрасное существо с телом женщины, но оно было покрыто пламенем и серой. У атронаха было примерно столько же здоровья, сколько у обычного человека, но он стоял на облаке пламени и скользил по воздуху, как призрак. Рою показалось, что атронах очень медлителен.
У существа почти не было защиты, и оно былы слабее большинства магов. Да и интеллектом атронах, похоже, не блистал. Все, что он могл сделать, — это выполнить несколько простых приказов. И хотя существо было невосприимчиво к огненному урону, оно было более восприимчиво к холоду. ‘Да, пожалуй, на самой низкой ступени иерархии’
Существо знало только один способ нападения: Огненный Шар, и он был хуже, чем Яростный огонь. Но у нее было свое преимущество. Огненный шар можно было использовать раз в три-четыре секунды, и он пролетал дальше, чем «Яростный огонь». Не говоря уже о том, что мана атронаха казалась бесконечной. Атронах мог выпускать огненные шары до тех пор, пока не истечет его время. ‘Это отличная атакующая способность дальнего боя, и в некоторых случаях атронах может быть полезнее, чем питомец’
Если бы Атронах и его клон (оснащенный арбалетом) сработались и открыли огонь по врагу, то даже гроссмейстеру ведьмаков пришлось бы не просто.
Атронах обладал и пассивным умением, сходным с тем, которым обладал клон, вызванный усиленным Клэмом. В тот момент, когда существо было уничтожено, оно взрывалось и создавало большой шар пламени, превращая большинство врагов в пепел. Атронах был полной противоположностью его клону, и Рой заметил кое-что важное, когда произносил заклинание.
Имевшиеся у него камни душ могли заменить стоимость опыта. В одном маленьком камне душ было около 100 опыта, что позволяло Рою использовать 20 заклинаний «Вызов питомца» или 10 заклинаний «Вызов огненного атронаха». ‘У меня есть три камня душ. Если я буду использовать заклинания школы Колдовства по двадцать раз в день, то через некоторое время смогу повысить уровень Колдовства’
***
После утренней тренировки троица прогуливалась по восточной стороне города, собираясь нанести визит Соратникам, но тут к ним подошла пара влюблённых с просьбой о помощи.
Йон был неопрятен, и на его лице было озабоченное выражение. «Златоглазка, Арвел, Флинн, вы должны нам помочь!» — умолял он.
«Ты рисковал жизнью, чтобы спасти Торальда, и Серые Гривы всё ещё не приняли тебя? Ты ведь с Ольфиной, не так ли?» — Флинн смотрел на крепко переплетенные руки пары. Он позавидовал, ведь его мечта о любви была разбита совсем недавно.
Встревоженный Йон сказал: «Олфрид дал мне всего один день. Завтра он снова разлучит нас, но я знаю, что вы уже помогли мне однажды»
Рой улыбнулся. ‘Однако я изменил его воспоминания с Аксием’
«Я не помню, что вы для меня сделали, но чутье подсказывает мне, что именно благодаря вам я набрался смелости и отправился за Торальдом» — Йон взмолился. — «Пожалуйста, вы можете снова помочь нам?»
«Пожалуйста!» — среброволосая Ольфина сложила руки перед грудью. — «Я отдам вам все свои монеты и ценности, лишь бы быть рядом с Йоном»
«Оставьте награду себе, но я думаю, что вы можете сделать ещё один шаг вперед, раз уж вы оказались в таком затруднительном положении» — Арвел скрестил руки. — «Я предлагаю вам сбежать. Покинуть город и поселиться в другом месте. Так вы сможете быть счастливыми»
Ольфина с ужасом посмотрела на него и нервно сказала: «Люди моего клана постоянно охраняют ворота. Мы не сможем уйти, если они не узнают, и… и я не хочу идти по пути предательства ради этого. Я хочу, чтобы моя семья благословила наш союз, иначе он не будет полным»
«Что ж, это действительно дилемма» — сказал Флинн. — «Вы же знаете, как враждуют ваши семьи. Пока вражда между Империей и Братьями Бури не закончится, разногласия не будут преодолены»
«Есть способ» — Рой посмотрел на несчастную пару, и ему вспомнилась знакомая сцена. ‘У меня есть идея’. — «Но как сильно вы любите друг друга?»
Йон и Ольфина крепко держались за руки, глядя друг другу в глаза, и заговорили одновременно.
«Если я не смогу быть с ней, я лучше умру»
«Если я не смогу быть с ним, я лучше умру»
«Хорошо. Единственный способ преодолеть разногласия между вашими семьями — это смерть» — Рой загадочно улыбнулся. — «А теперь скажите мне, вы умрете за друг друга?»
«Чего?»
«Отдадите ли вы свою жизнь и честь своей семьи за свою любовь?»
***
«Фрейлия, дело плохо!» — Авюльстейн ворвался в спальню своей матери.
«Авюльстейн, тебе уже почти тридцать лет. Перестань вести себя как ребенок» — Фрейлия бросила на сына осуждающий взгляд, потом подула на рагу и скормила его Торальду. — «Твоему брату нужен отдых!»
«Кое-что случилось с сестрой!»
«Что?»
«Ольфина мертва!» — глаза Авюльстейн наполнились слезами. — «Её тело в храме Аркeя. Ты… ты должна увидеть её, пока ещё можешь»
Чаша упала на землю и разбилась на куски, осколки прорезали икры Фрейлии, рагу залило подол ее платья, но она ничего не почувствовала. Ее лицо было бледным, как могильная плита, губы дрожали, а потом она упала вперед: «Моя девочка! Скорее, проведи меня к ней!»
***
Торопливые шаги приблизились к Дому Сынов Битвы, и во двор вошёл Идолаф с печальным видом: «Олфрид, с Йоном кое-что случилось»
«Ба, что на этот раз?» — глаза Олфрида вспыхнули гневом, и он стиснул зубы. — «Если снова что-то учудил, я сам отправлю его в Совнгард!»
«Заткнись, Олфрид. Это из-за твоих криков он стал таким»
«Тебе не придется этого делать, Олфрид. Он уже в Совнгарде» — Идолафу снова вспомнился брат, и он прослезился. — «Его больше нет с нами»
«Что?»
***
Это был особый период для Вайтрана. Накануне отряды самых могущественных кланов города отправились за город, и даже ярл был извещен об этом. А затем главы кланов повели своих сородичей в Зал мертвых. Он находился в западной части города под Драконьим Пределом. Зал представлял собой подземную комнату, в которой стояли десятки шатких деревянных стоек, и за ним присматривал жрец Аркея. Это была первая остановка каждого умершего существа в Вайтране. Верующие Аркея проводили их души в загробный мир, чтобы те могли начать жизнь заново.
***
Огни свечей освещали лица измученных и убитых, а воздух был наполнен криками и воплями скорби.
«Йон… Почему? Зачем ты это сделал?» — Бергритта коснулась мозолистой рукой холодного, безжизненного лица своего сына. Он выглядел умиротворенным, и казалось, что он спит, хотя он совсем не дышал. Он держал руку своей возлюбленной, и кончики их пальцев украшало кольцо.
«Нет, Ольфина! Почему?» — Фрейлия всхлипывала и дрожала. Даже самый слабый порыв ветра мог заставить её упасть. — «Сразу после того, как мы спасли твоего брата! Почему ты нас бросила?»
***
«Хватит. Мы не можем вернуть мертвых. Плакать бесполезно» — Олфрид смотрел на труп своего сына, его глаза были полны ярости и нотки печали. Он не мог понять, почему сын захотел его мучить, и пренебрежительно махнул рукой. — «Он оставил письмо, не так ли? Прочти его, Идолаф»
«Ольфина тоже оставила письмо!» — закричал Авюльстейн.
«Тогда прочтите их!» — Йорлунд закрыл глаза, и губы его задрожали.
Письма были написаны совершенно одинаково, различались только имена и некоторые мелкие детали.
‘Дорогие мои сородичи, я прожила всю свою жизнь с Йоном, и мы дали друг другу обещание быть вместе. Это обещание мы никогда не нарушим. Если бы не политические разногласия, вклинившиеся между нами после отступления Ульфрика, у нас могли бы быть свои дети. Но наши разногласия стоят между нами, как непреодолимая гора, навсегда разлучая нас.
Знаете ли вы, каково это — видеть своего возлюбленного, стоящего перед вашими глазами, но не иметь возможности даже прикоснуться к нему? Вы видите его каждый раз, когда выходите из дома, но не можете даже улыбнуться ему, иначе родные и жители города утопили бы нас своими назиданиями.
Нам ничего не оставалось, как прятаться в тени, как пара презренных мышей, надеясь и молясь, что однажды свет озарит нас. Нет, мы не такие. Мы жили в муках каждый день, надеясь, что сможем быть вместе, но этому не суждено сбыться. Эта пытка хуже самой смерти.
Я заглушала себя бесконечными хлопотами, но вчера наши сердца наконец-то очнулись от иллюзии, которой они себя тешили, и больше не могли принимать эту фальшь за правду. Мое сердце подсказало мне, что Йон — это тот, с кем я проведу всю свою жизнь. Если этого не произойдет, то смерть — наше единственное спасение.
И вот мы пришли к решению. Мы будем вместе навсегда. Мы дали клятву, и теперь даже смерть не сможет нас разлучить. Мои сородичи, у меня есть только одно последнее желание: прошу вас, дайте нам свое благословение и похороните нас в одном гробу.
Мы не могли быть вместе при жизни, но мы можем покоиться вместе в смерти’
***
В воздухе висела лишь печаль и тишина. В конце концов, Фрейлия снова разрыдалась: «Ты не веришь мне, девочка моя? Пожалуйста, очнись. Пожалуйста, просто скажи мне, что ты хочешь выйти замуж за Йона, и я благословлю вас, обещаю!»
«К черту политические распри! Будь оно все проклято!» — Йорлунд в ярости ударил кулаком в стену, кожа лопнула, и из пальцев потекла струйка крови. «Что это нам дало? Ненависть, боль, а теперь еще и смерть! Это позор!» — Йорлунда тронула последняя улыбка дочери, и он уставился на человека, который когда-то был его самым близким другом. — «Мы все глупцы, Олфрид. Не надо было втягивать детей в эти бессмысленные препирательства! Они лишили себя жизни, и Совнгард никогда не откроет для них свои ворота!»
«Твоя семья гордится честью и семейными ценностями» — Олфрид посмотрел на сына и покачал головой.вокруг него на мгновение закружился. — «Неужели ты позволишь своей дочери выйти замуж за сторонника Империи?»
С этим Серая Грива не мог поспорить.
«Поздно сожалеть, народ. Вы могли бы согласиться на их просьбу, когда они были живы, но сейчас мы ничего не сможем сделать»
«Да, мы можем. Мы всё ещё можем благословить их» — Идолаф огляделся. «Даже демон не смог бы разлучить двух влюбленных, и все же мы сделали то, чего не сделало бы даже воплощённое зло. Мы никогда не сможем повернуть время вспять, но мы можем исполнить их последнее желание» — Идолаф огляделся по сторонам, и в глазах каждого промелькнуло чувство вины, но они не встретили его взгляда. — «Или вы хотите продолжать эту ошибку, несмотря на то, что кто-то лишил себя жизни и поплатился за наши грехи?»
Все глубоко вздохнули, и в воздухе повисла беременная пауза. Тишину заполняли лишь всхлипывания. Главы обоих кланов уставились друг на друга, затем Олфрид, Йорлунд и члены их семей поцеловали щеки Ольфины и Йона, благословляя их брак.
«Сын мой, ты предал семью и ее честь. Ты трус и дезертир» — на лице Олфрида не было и намека на высокомерие, хотя оно было искажено болью и скорбью. — «Но ты мой сын. Раз бремя клана слишком тяжело для тебя, то ты больше не член клана. Если существует перерождение, я надеюсь, что ты сможешь быть вместе с Ольфиной. Я благословляю тебя»
«Девочка моя, Девять Богов благословят тебя. Я желаю, чтобы ваша любовь расцветала на более мирной земле»
«Йон, прошу тебя, проснись. Ты можешь жениться на ком хочешь, но, пожалуйста, проснись!»
«Ольфина…»
Все благословляли пару, и тут кто-то из толпы свистнул. Три длинных свистка и два коротких. Это было оскорбительно для данного места, но тут пара, лежащая на каменном ложе, моргнула, и их пальцы задрожали. Их сердца начали биться, и биение становилось все сильнее и сильнее. Цвет вернулся на их лица, и жизнь забурлила в их безжизненных телах.
Ольфина и Йон сели, и все сделали совместный шаг назад, словно увидели привидение.
«Мертвые ожили! Это демоны! Демоны!» — один из Сынов Битвы заплакал от страха и крепко обхватил ногу матери.
Глаза Олфрида и Йорлунда расширились, и они на мгновение перестали дышать. Все смотрели на оживших влюбленных, а потом увидели, как на губах Йона и Ольфины заиграли улыбки, а в глазах заблестели слезы.
«Спасибо за благословение. Спасибо» — Йон посмотрел на всех, его голос был слаб. Он был почти безжизненным, но в нем звучала надежда. — «Мы с Ольфиной не могли и мечтать о большем»
«Клянусь богами, ты жив(а)? Как?» — матери Йона и Ольфины быстро пошли вперед и проверили своих детей.
«Ах вы, маленькие засранцы. Вы инсценировали свои смерти, не так ли?» — Олфрид крепко сжал кулаки и стиснул зубы, но на его губах играла облегченная улыбка.
Ольфина мягко улыбнулась: «Это все указ Талоса. Он научил нас, что такое любовь и семья в смерти. Теперь, когда мы вернулись из страны мертвых, я надеюсь, что вы больше не будете нас разлучать. Насколько я помню, вы дали клятвы»
Главы кланов обменялись взглядами, затем вздохнули и кивнули: «Хорошо, спускайтесь оттуда. Мы можем всё обсудить»
***
Пара разноцветных глаз наблюдала за происходящим из-за каменной двери, а затем исчезла.
