От лица Артура Лейвина.
Монотонный гул поезда, стремительно несущегося по подземному туннелю, притуплял мои чувства и отгораживал от внешнего мира. Во тьме туннеля был лишь ровный, но тусклый свет артефакта, освещавшего наше купе, да редкие вспышки света от служебных платформ, проносившихся за окном вагона. Тессия спала рядом, задремав у меня на плече.
Шесть месяцев…
Казалось, прошла и вечность, и всего лишь миг. Всё менялось так быстро. Новые правительства. Новые технологии. Совершенно новый уклад жизни для большинства людей.
Появление Эфеота в небе и Шпиля Реликтовых Гробниц на горизонте не все встретили с радостью, и новым мировым властям едва удавалось поддерживать мир и призывать всех сохранять надежду.
Не уверен, помогало ли то, что асуры до сих пор по большей части оставались в тени. Для большинства людей они были источником страха, хотя в Дикатене нашлась громко заявлявшая о себе фракция, призывавшая асур стать нашими богами-королями, вместо того чтобы полагаться на лидеров-лессеров. По иронии судьбы, из моих писем от Серис и Каэры — Президента Алакрийской Ассамблеи, Каэры Денуар, — следовало, что алакрийцы гораздо сильнее сопротивлялись идее нового правления асур, чем дикатенцы. Думаю, в этом есть смысл. Ведь у них уже был опыт жизни под властью Агроны.Пока я пытался понять, о чём они говорят, Элли ударила Чхоля по руке. «Это мой брат. Так его называю я!»
Встав, я перешагнул через Реджиса, который устраивался на свободном полу между скамьями, жестом предложил маме занять моё место, а сам встал в дверном проёме.
Она почесала Реджиса за ухом, затем села рядом с Тессией, улыбнулась и поправила выбившуюся прядь волос моей жены. «О чём мы говорили?»
«Мы пытаемся заставить Артура рассказать нам, как они решили назвать мир», — объяснила Элли.
Вирион, сидевший на краю сиденья рядом с моей сестрой, бросил на меня взгляд, и я едва заметно покачал головой.
«Нет, не скажу», — произнёс я.
Мне никогда раньше не казалось странным, что у них нет названия для самого мира, но после Слияния это вдруг стало постоянной темой для разговоров. Я знал, что у джиннов было своё название для него в их времена, и мне пришлось задуматься, сколько имён жило и умирало вместе с населением мира…
Мои челюсти сжались. Почувствовав на себе взгляд, я слегка повернулся. Тессия с беспокойством смотрела на меня. Я сжал её ногу чуть выше колена, заставив её вздрогнуть, а затем беззвучно произнёс: «Я в порядке».
Она посмотрела на меня с иронией. «Лично я думаю, что «Артурия» было бы хорошим названием. Очень сильное и мужественно звучащее».
Элли и Реджис хмыкнули, переглянулись и одновременно сказали: «Фу», — а затем рассмеялись ещё громче.
Голова Тессии слегка наклонилась. «Серьёзно, Элеонора? Клянусь, тот молодой подмастерье кузнеца из Эшбера находит любой предлог, чтобы делать доставки в поместье…»
Я тут же полностью вернулся к разговору. «Погоди, что?»
«Что?!» — сказала Элли, покраснев и избегая моего взгляда. Она ткнула большим пальцем в Вириона рядом с собой. «У дедули может быть подружка, а мне даже с парнем поговорить нельзя?»
Вирион моргнул, затем кашлянул и выставил руки перед собой в защитном жесте. «Не уверен, как меня в это втянули! Кроме того, мы не… это просто дружеское общение, мы не давали этому названия…» — он бросил на мою сестру взгляд, словно говоря: мы об этом ещё поговорим, но Элли лишь вызывающе прищурилась.
«Знаете, у меня несколько дней назад была мысль насчёт названия», — с гордостью вмешалась мама. «Если бы они хотели быть умными, они бы объединили названия трёх континентов — или двух континентов и колец, или как их там называть. Например… Дилакреот».
В купе на мгновение воцарилась тишина, а затем все разразились смехом. Чхоль хлопнул себя по колену, Элли закрыла лицо руками, Тессия прикусила губу, но попыталась ободряюще кивнуть, а Вирион сказал: «Ну, это идея».
«Не слушай эту шайку квакающих жаб, дорогая. Я думаю, в этом есть потенциал». Реджис подмигнул моей матери, и я сдержал желание пнуть его. «Хотя лично я считаю, что они сумасшедшие, если не примут моё предложение».
«И какое же?» — спросила моя мать, наполовину удивлённо, наполовину настороженно.
«Реджис-лэнд!» — гордо воскликнул он.
Чхоль исполнил моё желание, игриво пнув его по заднице.
Я промолчал, позволяя им веселиться.
За время, прошедшее с момента Слияния, я наконец-то добрался до записанных воспоминаний Ханеула из кристалла памяти, который раскрыл непогрешимость Судьбы. Один-единственный кристалл памяти содержал сокровищницу информации о Реликтовых Гробницах и джиннах.
Они были постоянно развивающимся народом, и их мировоззрение не было исключением. Для них имена обладали силой и могли эволюционировать вместе с пониманием вещи — как, например, Реквием Ароа — и поэтому за время своей цивилизации у них было много имён для мира.
И имена для того, чем их мир ещё даже не стал, но к чему они стремились. В переводе их идеализированный мир означал что-то вроде «увенчанного миром¹».
Джи-э помогла мне понять и, в некотором смысле, дала благословение народа джиннов на его использование. Великие лорды Эфеота неохотно приняли его — их позиция по умолчанию заключалась в том, что мир теперь — это Эфеот, поскольку Эфеот является частью мира — в то время как Вирион утверждал, что, поскольку это была моя идея, она, очевидно, была правильной. Я не был уверен, что согласен, но другие мировые лидеры согласились, и поэтому…
Я хранил молчание, пока остальные игриво спорили, и разговор в конце концов закончился тем, что Реджис провозгласил: «Всё, что я слышу, — это куча примеров названий, которые не так хороши, как Реджис-лэнд».
Мы погрузились в лёгкую семейную перепалку, и мне было почти грустно, когда тормоза поезда взвизгнули, прервав приятный разговор и возвестив о нашем скором прибытии.
«Ого!»
Когда Элли воскликнула, остальные из нас последовали за её взглядом за окно. Мы добрались до терминала под Ксайрусом, который со временем должен был стать центральной станцией для всех поездов, курсирующих по всему Дикатену. И хотя это было интересное зрелище, не оно привлекло внимание Элли.
На платформе прибытия — и повсюду вокруг неё, простираясь так далеко, что нельзя было разглядеть через маленькое окно — стояло море людей. Шум их приветствий внезапно стал достаточно громким, чтобы быть слышным сквозь гул поезда.
Я фокусировался на одном лице за другим, пока они проносились мимо, каждое из которых было искажено улыбкой или находилось в разгаре восторженного крика. Эльфы, дварфы и люди появлялись на несколько секунд, прежде чем снова исчезнуть. Затем я различил трёхглазого пантеона и рогатого василиска. И небольшую группу, одетую в алакрийском стиле.
«Что все эти люди здесь делают?» Внезапно я вспомнил о необычной толпе на дороге.
«Полагаю, наше прибытие оказалось не таким уж секретным, как ты надеялся», — сказал Вирион, хотя его голос не звучал недовольно. «Посмотрите на всех этих людей».
Все на мгновение замерли, глядя не на толпу, а на меня с вопросительными выражениями на лицах.
С угасшей надеждой добраться до относительного покоя и уюта пока ещё пустой академии, не собрав толпы, я со вздохом повёл всех через поезд к ближайшему выходу.
Реджис подошёл ко мне, когда я замешкался, глядя на двери поезда и слушая какофонию звуков снаружи. «Хочешь, мы с Чхолем расчистим путь?»
Сквозь туман воспоминаний я вспомнил годы тренировок в прошлой жизни и то, как я регулировал свой скудный запас ки перед боем. Теперь, спустя столько времени, я повторил этот ритуал, позволяя ему успокоить меня. «Нет, всё в порядке».
Выпрямившись, я спустился к дверям, которые раздвинулись, как только я к ним подошёл. На платформе царила абсолютная тишина. Я оглядел толпу, ещё мгновение назад такую шумную и взволнованную, а теперь застывшую в пристальном внимании. Они заполнили платформу, главное здание вокзала, балкон второго этажа вокруг здания и переулки между главным зданием и вспомогательными постройками, обслуживающими строящийся узел. И чуть дальше я видел людей, растянувшихся по выровненному, незастроенному пустырю.
Затем, почти как один, словно это было срежиссировано, они поклонились.
В горле у меня образовался ком, когда я медленно переводил взгляд с одной стороны толпы на другую, всё ещё замечая новые детали. Группки дварфов смешались с эльфами, алакрийцы с жителями Сапина, а среди них то тут, то там виднелись асуры. Трое стариков сидели на скамейке перед зданием вокзала, и толпа расступилась, чтобы дать им возможность видеть, в то время как ватага детей забралась на несколько сложенных ящиков, поочерёдно толкая друг друга локтями, когда кто-то начинал поднимать голову из поклона.
Мой взгляд зацепился за пепельно-каштановые волосы и щетину, и ком в горле стал горячим и сдавливающим. Но это был не мой отец, конечно. Так много лиц в толпе были знакомы, но ни одно из них не принадлежало моей семье.
Нет, моя семья теперь стояла за моей спиной, поддерживая меня, как и всегда.
Именно за них я сражался с самого детства в этом мире. Чтобы они были в безопасности, чтобы они были счастливы. И именно моя семья, как те, кто был здесь, так и те, кого мы потеряли, была рядом, чтобы помочь мне пройти даже через самые тёмные моменты. Когда Копья были против меня, или короли и королевы, или Кэзесс и Агрона. Или сама Судьба. Моя семья стояла рядом со мной, несмотря на опасность, всегда веря, что я проведу их через всё.
Но, глядя на толпу, склонившуюся в молчании, часть моего беспокойства и тревоги растаяла, как весенний иней под утренним солнцем.
Они собрались здесь с достоинством, в мире, со всего света. Теперь им нужно будет поддерживать друг друга с той же смелостью, с какой моя семья поддерживала меня, сражаться друг за друга с той же решимостью, с какой я сражался за свою семью.
Я снова задумался о названии, которое джинны дали своему идеализированному будущему. Для них все были бы объединены в мире, где правил бы общий мир, а не единоличная власть или подавляющая сила. Даже когда драконы напали на них, джинны, такие как Ханеул никогда не сдавались в создании мира, который, как они знали, был возможен.
‘Увенчанный миром’. Идеализированное будущее, где самый низший крестьянин и самый могущественный дракон могли бы существовать без страха и презрения. Для джиннов эфир был общим знаменателем, великим уравнителем, но в мире, где мир действительно стал бы королём, именно уважение сделало бы всех равными.
Я шагнул вперёд, моё сердце было полно, а дух согрет, когда толпа, собравшиеся люди этого нового мира, медленно поднялась. Шёпот пробежал по ним, когда я ответил на их поклон, удерживая его так же долго, как и они. Символ взаимного уважения.
Наш мир не был идеальным. Возможно, он никогда таким и не станет. Но название мира будет как обещание продолжать пытаться, продолжать двигаться к этому идеалу.
Pax Coronata². Вот имя, которого, как надеялись джинны, этот мир когда-нибудь станет достоин. И поэтому так мы его и назовём.
Не просто обещание, а боевой клич, призывающий бороться с худшими слабостями и неудачами нашего общего прошлого. Призыв продолжать делать себя и друг друга лучше, сильнее.
Это не было концом, а лишь началом.
× × × × ×
¹ To be crowned in peace (англ.) — слово мир в русском языке — омоним и имеет несколько значений: покой/спокойствие и как обозначение вселенной в которой мы живём. И так получается, что при переводе на русский возникает такая игра слов, что мир НПК увенчан/коронован миром (спокойствием).
² Pax Coronata (лат.) — отсылка на Pax Romana — Римский Мир — длительный период мира и относительной стабильности в пределах Римской империи эпохи Принципата. При прямом переводе на русский получилось бы «Коронованный Мир».
А вы часто думаете о Римской империи?
× × × × ×
Послесловие автора (TurtleMe):
На этом завершается последняя глава «Начала После Конца». Большинство из вас уже знают, но НПК был моей первой новеллой. Каждый вечер после работы мир НПК становился для меня убежищем — местом, где можно было затеряться и не думать ни о чём другом. Я исследовал мир вместе с созданными мной персонажами и следовал за ними, пока они учились и росли.
Я никогда не ожидал, что это станет таким масштабным. Я до сих пор помню, как публиковал главу, как только заканчивал её писать, даже не удосужившись вычитать, просто чтобы начать читать комментарии нескольких десятков читателей, которые следили и ждали новых глав НПК. Тогда я не чувствовал себя писателем. То, что я писал, больше походило на игровую площадку, которую мы с читателями исследовали вместе. Это было сообщество, которое давало мне силы.
И вот… десять лет спустя, мы здесь. Вы и я так сильно выросли за эти годы. Я до сих пор вспоминаю те поздние ночи, когда я отвечал на комментарии после публикации главы. Независимо от того, насколько большим стал НПК, я всё равно возвращаюсь к тем временам, потому что именно с этого я начал, и именно это заставляло меня двигаться вперёд. И поэтому я скажу это снова, потому что я имею это в виду каждый раз. Спасибо. Если бы не все вы, у меня никогда не хватило бы уверенности или дисциплины, чтобы стать автором. Мне ещё есть куда расти, и я надеюсь, вы и дальше будете рядом, чтобы расти вместе со мной.
× × × × ×
Исповедь переводчика (ominami):
Автор, очевидно, очень поторопил события, да и открытая концовка не есть хорошо, но что имеем, то имеем. В этот момент я бы хотел написать не столько послесловие о впечатлениях о книге, сколько «исповедь» о своём пути переводчика, который и привёл меня к этому моменту.
Я не знаю, как описать сейчас своё состояние… Недовольство? Облегчение? Но во многом безразличие. Как и многие фанаты НПК, следившие за еженедельным выпуском в онгоинге достаточно продолжительное время, я прошёл путь от любви до ненависти. От того, что эта книга, наконец, закончилась, я на самом деле не чувствую ничего особенного ни в сердце, ни где-либо ещё.
НПК не было первой новеллой, которую я прочитал, как и не было первым опытом по переводу, но единственная, с которой я прошёл путь до конца. В начале это было хобби, возникшее из любви к тайтлу и недовольству из-за отсутствия продолжения перевода на популярных платформах. TurtleMe не чувствовал себя писателем, а я не особо чувствовал себя переводчиком. Я не ожидал, что всё зайдет так далеко, также, как и он. Думал, что попробую, а затем просто брошу, как и другие свои многочисленные проекты/идеи в моей жизни, не доведу до конца.
Когда я начинал, был обычным школьником. Малолеткой. За это время я вырос и уже заканчиваю колледж. Помню, как ехал в дождливый день с учебы на автобусе, как мне пришло уведомление о донате, казалось бы, всего лишь 300 рублей. Мой первый донат и, по совпадению, первый донат того читателя. Это был поворотный момент, который превратил хобби в работу. Ведь для школьника, который и карманных денег не видал, даже те копеечные 300 рублей было сокровищем.
Что-то щёлкнуло, и я понял, что могу получить больше, проснулась жадность, которую и удовлетворило нововведение в ВК — VK Donut, так похожее на Patreon, на котором публиковался автор. Это очень сильно изменило мою жизнь. Дайте Архимеду точку опоры, и он перевернёт мир. Дайте школьнику деньги, и он обретёт независимость от родителей, о которой мечтает.
Что было дальше все знают — я ввёл правило, что последняя глава всегда будет в закрытом доступе, и всего за 50 рублей можно было получить ранний доступ к переводу. Я не хотел наглеть, да и сумма могла бы быть гораздо меньше, хоть 25 рублей, но VK не позволял сделать дешевле. Сроки выпуска глав в общий доступ, цена и скорость перевода не менялись за все эти годы ни разу, несмотря на перемены в жизни и мире, инфляцию, возрастающие аппетиты или жадность. Единственное, что менялось — это качество. С опытом, с каждой главой качество перевода росло. Если я открою свои старые главы, то определённо ужаснусь им и решу абсолютно всё переделать. Поэтому я и не открываю их лишний раз)
Мне повезло. Я оказался в нужном месте в нужное время, а меня окружали нужные люди. Возник большой хайп вокруг манги, а за ним и новеллой. Все эти волны я старался оседлать по-максимуму.
На самом деле, оглядываясь назад, я даже самого себя не могу понять, как мне могло настолько нравиться НПК. Вкусы изменились, возникло разочарование в последующих томах. Я веду к тому, что чем более популярным становилось НПК, тем менее оно меня самого привлекало. Из хобби, приносящего удовлетворение, НПК перешло в категорию рутины, которую я старался до конца исполнять ответственно, несмотря на выгорание.
Спасибо всем, кто выбирал мой перевод, кто читал и погружался в этот мир вместе со мной. Спасибо всем редакторам, которые помогали мне всё это время. Я надеюсь, что вы продолжите читать переводы нашей команды других тайтлов. Я возьму на перевод новую книгу TurtleMe, в надежде, что она превзойдёт НПК, после того, как автор набрался опыта.
Пользуясь случаем, хотел бы порекомендовать читателям хорошие новеллы, которые я сам читал. Это не реклама, а личные рекомендации. Я уверен, что некоторые из них вам зайдут, если вам нравится или нравилось НПК.
Вот мой список: «Мать Учения», «Повелитель Тайн», «Теневой Раб», «Преподобный Гу», «Родословная Королевства», «Верховный Маг» и «Класс Превосходства».
У них могут быть разные жанры, методы повествования и другие особенности, и не обязательно понравятся абсолютно всем, но среди всех прочих новелл, они достойны вашего внимания не меньше «Начала После Конца».
Есть ещё много всего, о чём я хотел бы поделиться или рассказать, но моя «исповедь» заняла уже слишком много места. Надеюсь, что смог донести свои мысли. Спасибо всем вам.
× × × × ×
Послесловие редактора (YuraFissura):
Это полный пиздец. Все таки НПК засел у меня надолго. И так непривычно читать последние слова новеллы, которая хоть не изменила мою жизнь, но которая явно оставила огромный след. Да, читал я её не долго по меркам олда, но 3 года это 3 года.
А ведь все началось с простой картинки с Каэрой и Серис. Но их на тот момент ещё не показали в комиксе.
Я по прежнему не могу ощущить то, что больше я не буду ждать каждую пятницу ради главы и то, что больше я не увижу своих персонажей.
Ради НПК я даже не готовился к сессии, хотя мог спокойно сдать.
Черепаха (автор) неоднозначный писатель, да, он может хрень написать полнейшую, но при этом в след главе написать cinema, но как бы я к нему сейчас не относился плохо, он смог подарить мне самое запоминающееся произведение.
Возможно в будущих своих работах он сможет исправить свои косяки, но это будет очень не скоро. Насчёт нового произведения: я не думаю, что он сможет стать заменой ему, но хотя бы должен приблизиться.
Моё мнение: лучшие тома — 8 и 9, худший — 12. Слитые финал, персонажи, действия; недосказанность во многом; лишние действия и ненужные персонажи.
В итоге финал оказался даже хуже, чем начало, который был фанфиком Безработного.
А мою любимую Каэру слили, сделав из нее политика, хотя на эту должность больше подошла бы Серис.
