После изучения Лампы Жизни, образовавшейся в результате слияния фиолетового кристалла с кровью Сюй Цина, он обнаружил, что её способности действительно связаны со временем, но не абсолютно. Например, духовная защита чёрного зонта не исчезла после его растворения, а стала даже сильнее.
Кроме того, время на солнечных часах отличалось от внешнего мира примерно на семь часов.
Сюй Цин не знал, какую тайну скрывает эта разница, и, поразмыслив, не нашёл ответа.
В течение семи дней он пытался ускорить ход солнечных часов, но пламя Зарождения Души, словно привязанное, не поддавалось контролю. То же самое происходило с попытками повернуть время вспять или остановить его.
Солнечные часы, казалось, жили своей жизнью, несмотря на связь с ним. Даже когда Сюй Цин управлял Зарождением Души, пламя продолжало гореть и двигаться по заданной траектории.
Это напоминало ему о том времени, когда он только получил фиолетовый кристалл.
Наконец, Сюй Цин нашёл решение.
Он не мог изменить движение пламени или вращение циферблата, но мог контролировать стрелку! В конце концов, стрелка была сформирована из его крови.
Он мог управлять стрелкой, отделяя её от циферблата.
И он обнаружил, что, когда стрелка отделялась, циферблат словно терял направление, а пламя замирало.
Понятие времени исчезало, и, как бы ярко ни горело пламя, оно просто светило, не отмеряя время. Циферблат даже начинал разрушаться.
Но когда Сюй Цин возвращал стрелку на место, циферблат восстанавливался, пламя продолжало двигаться, а тень от стрелки падала как обычно. Время продолжало свой ход с того момента, когда стрелка была возвращена.
С определённой точки зрения, время между отделением и возвращением стрелки словно исчезало. Словно замирало.
— Значит, можно сказать, что оно останавливается? — пробормотал Сюй Цин с мрачным блеском в глазах. Он чувствовал, что его метод может быть не совсем верным, но, так или иначе, это была первая способность, которую он открыл в своей Лампе Жизни.
В тот момент, когда стрелка была отделена, и время словно замерло, Лин`эр, которая выглядывала из рукава Сюй Цина, чтобы забраться ему на ухо, замерла под его взглядом.
Не двигалась.
Как будто её время остановилось.
Это длилось лишь мгновение, потому что Сюй Цин заметил, что разрушение циферблата связано с этим.
Это открытие поразило Сюй Цина.
— Когда я вынимаю стрелку, время вокруг меня останавливается под моим взглядом?
Сюй Цин поспешно повторил эксперимент несколько раз. Лин`эр оставалась в неведении, не подозревая о своих многочисленных остановках.
Она старательно карабкалась к уху Сюй Цина, её тело замирало на мгновения, и привычное расстояние казалось ей бесконечно далёким.
Наконец, она добралась до уха Сюй Цина и застенчиво посмотрела на него.
— Брат Сюй Цин, почему ты так смотришь на меня?
Эта фраза показалась Сюй Цину знакомой, но сейчас его мысли были заняты другим, поэтому он не стал зацикливаться на этом. Кивнув, он спросил:
— Лин`эр, ты чувствовала что-нибудь необычное?
Лин`эр удивлённо покачала головой.
Сюй Цин задумался и продолжил свои исследования.
Лин`эр, движимая любопытством, но понимая, что брат Сюй Цин занят, устроилась поудобнее и начала играть сама с собой.
Сюй Цин размышлял: "Лин`эр не заметила, что время останавливалось. Каков же радиус действия этой способности…"
Сюй Цин вышел из пещеры, посмотрел на темнеющее небо и землю, ощутил дуновение горячего ветра и взглянул на пылающее вдали море Небесного Огня.
Подумав, он решил не рисковать.
Сюй Цин чувствовал, что с его нынешним уровнем совершенствования и только что сформировавшимися солнечными часами, если он распространит силу остановки времени на большую область, например, на движение звёзд, ветра или мироздания, то, скорее всего, мгновенно погибнет.
Если представить движение континента Древней Славы как бег огромного зверя, то каждый закон — это часть его силы, а он сам — лишь тонкая верёвка. Пытаться остановить зверя такой верёвкой — самоубийство.
— Лучше не стоит…
Сюй Цин замолчал, но чувствовал, что эта способность будет невероятно мощной в бою.
— Назову эту способность Замедление Времени!
Сюй Цин пробормотал это, чувствуя, что у Лампы Жизни в форме солнечных часов должно быть больше способностей, которые ему предстоит открыть и развить.
— Не стоит торопиться. Сейчас важнее всего ассимилировать остальные четыре Лампы Жизни.
За эти семь дней его тело полностью восстановилось и было в отличной форме. Он мог вернуться в море Небесного Огня и продолжить совершенствование. После пребывания в магме его сопротивляемость Небесному Огню также повысилась.
Поэтому Сюй Цин не терял времени и в сумерках поспешил к пылающему морю Небесного Огня.
На этот раз Сюй Цин учёл прошлый опыт и отправился дальше, постоянно следя за появлением красных кристаллов и чаще меняя местоположение, чтобы обеспечить безопасность своего совершенствования.
Появится ли в конце концов гигантский вихрь, Сюй Цин не знал.
Скрыть это было невозможно, поэтому он выбрал более отдалённое место.
Так прошло двадцать дней.
Ассимиляция Семицветного фонаря ветряных песен, возможно, благодаря усилению солнечных часов или особенностям самой лампы, проходила быстрее, чем ассимиляция чёрного зонта.
По мере того, как лампа растворялась капля за каплей, концентрация вещества Лампы Жизни в крови Сюй Цина снова увеличивалась. Знакомое чувство подсказывало ему, что его собственная Лампа Жизни вот-вот сформируется.
Наконец, на двадцать третий день, погружённый в магму Сюй Цин резко открыл глаза.
Вокруг него появился гигантский вихрь, с грохотом вращаясь. Семицветный фонарь ветряных песен полностью исчез, и вторая Лампа Жизни в форме солнечных часов материализовалась в море сознания Сюй Цина, в тумане судьбы.
Она была идентична первой! Это был истинный облик Лампы Жизни, рождённой из крови.
Лампы Жизни повелителей и их потомков выглядели так же.
Для посторонних собрать полный комплект таких ламп было гораздо сложнее, чем набор разрозненных.
С появлением второй лампы тень от её стрелки начала двигаться. Разница во времени с первой Лампой Жизни также составляла семь часов.
Одновременная работа двух солнечных часов привела к ещё более сильному столкновению временных потоков внутри и снаружи вихря. Появились даже пространственные разломы.
Это зрелище было ужасающим, но Сюй Цин также почувствовал, что вторая Лампа Жизни сохранила защитные свойства Семицветного фонаря ветреных песен.
Взаимное усиление двух ламп было поразительным, значительно превосходя прежнюю силу.
Мощь техники Замедления Времени также удвоилась.
Красные кристаллы Сюй Цин сразу же собрал и поместил в ящик, изолируя их ауру.
Таким образом, теоретически, он сделал всё возможное, чтобы скрыть следы своего совершенствования.
Только вихрь мог привлечь внимание, но из-за удалённости места его радиус действия был невелик, и он не был таким заметным, как сигнал компаса на кристаллы Небесного Огня.
Сюй Цин полагал, что таким образом сможет избежать большинства проблем, но иногда судьба непредсказуема.
Как, например, сейчас, когда в пределах тысячи метров, в непрерывно вращающемся вихре, из глубин магмы появились три красных кристалла, кружащихся вместе с потоком.
Увидев их, Сюй Цин изменился в лице и инстинктивно хотел собрать их, но, подумав, отказался от этой идеи.
Даже если он соберёт их сейчас, это не помешает им быть обнаруженными. Поэтому, стиснув зубы, Сюй Цин проигнорировал кристаллы и быстро улетел прочь.
Эти вещи его не интересовали.
Если бы с их помощью можно было отвлечь внимание, это облегчило бы ему задачу остаться незамеченным.
События, произошедшие месяц назад в море Небесного Огня, хоть и несколько утихли из-за отсутствия результатов, но клан Зеркал и клан Масок не отказались от поисков.
Ведь по их подсчётам, появилось несколько десятков кристаллов Небесного Огня.
Даже с учётом возможных повторений, реальное количество вряд ли было маленьким, ведь в последний раз появилось больше двадцати кристаллов одновременно.
Этого количества было достаточно, чтобы они придали этому большое значение. Даже государственный наставник прибыл лично.
Поэтому, как только кристаллы Небесного Огня были подняты вихрем со дна моря, они сразу же определили их местоположение. Они ожидали, что, как и в прошлый раз, кристаллы мгновенно исчезнут.
Но, обнаружив, что на этот раз они не исчезли, они целенаправленно устремились туда.
Сюй Цин, находясь вдали от вихря, двигался с максимальной скоростью, не останавливаясь ни на мгновение, но вскоре он почувствовал неладное.
Отряд культиваторов клана Зеркал, казалось, мог определить его местоположение. Они с рёвом приближались с другого направления, чтобы перехватить его. Среди них было четыре культиватора стадии Формирования Ядра и два, излучающие ауру Зарождения Души.
Один на первой стадии, другой — на второй.
Заметив Сюй Цина, их лица просияли. Культиваторы стадии Формирования Ядра отступили, чтобы немедленно сообщить своему клану, а два культиватора Зарождения Души устремились прямо к Сюй Цину.
— Они всё ещё могут меня найти?
Сюй Цин нахмурился. Он остро ощутил проблемы, возникающие из-за недостатка информации и разведки в незнакомом месте.
— Неужели кристаллы Небесного Огня можно обнаружить даже в ящике?
В глазах Сюй Цина мелькнул убийственный блеск. Всё это время, пока он скрывался, в нём накапливалась жажда убийства, и теперь, видя это, его желание убивать стало ещё сильнее.
— Раз информации не хватает, значит, нужно убить побольше, и тогда я смогу узнать причину!
Запретный яд в теле Сюй Цина снова начал распространяться, тень тоже не могла усидеть на месте, рыбья кость излучала острый блеск, а все Зарождения Души в его теле пульсировали энергией.
