Событие часа дня не расширило запретную зону, ограничилось все появлением припасов. Проиграв в прямом противостоянии классу B, мы тут же отправились на восток. Нашей целью стало выйти к классу D, собравшемуся в M10. Тем временем класс Рьюена, понаблюдав за нашим продвижением, снова разделился на три группы, чтобы забрать множество припасов в южной стороне.
Коенджи, совершивший тот неожиданный налет, с полудня в одиночестве бродил возле зон B8 и B9. Наверное, беззаботно развлекался у моря.
Для класса C все сложилось весьма благоприятно: в K12 и L13 появились контейнеры с боеприпасами. Мы могли без труда захватить их во время нашего бегства, так что собрали все без проблем.
Затем в три часа случилось третье за день событие, и на планшете аналитика клетки по кругу окрасились в серый. Как многие и предполагали, доступная зона образовывала кольцо, которое постепенно сужалось внутрь.
Через час после этого класс A пришел в движение. Если раньше они были рассредоточены по северной части, то теперь стали сходиться к центру F и G, чтобы заранее уйти в безопасный сектор на случай, если запретная зона обновится сегодня в пять часов или уже завтра. Класс D также остерегался возможного расширения запретной зоны по периметру. Они, похоже, решили, что двигаться на север слишком рискованно, и теперь спешно возвращались в центр через N13 и N14. В таком темпе наши пути пересекутся уже скоро.
— Для нас это хорошо, что они воюют друг с другом, но все же классу C сильно достается, — сказала Кобаши — VIP — Ичиносе по рации. И добавила: — Нам продолжать оставаться в стороне?
Это безопаснее всего. Все классы держатся друг от друга подальше, сосредоточенные на сборе припасов. Вступать в бой только когда это необходимо. Это лучший подход, традиционная тактика.
— Если все так и дальше пойдет, класс C может проиграть, — проронила Кобаши.
— Этому не бывать.
— Э? Не бывать? Почему… не бывать?
Ичиносе слегка улыбнулась и с невинной добротой сказала в рацию:
— Аянокоджи-кун не проиграет. Нет, я не позволю ему проиграть.
После этого Ичиносе снова рассказала подробности соглашения, заключенного с Аянокоджи.
— То есть мы должны помочь классу C?..
Ичиносе не стала ничего отрицать, а вместо этого продолжила все тем же тоном:
— Если мы поглотим класс C, то станем самой большой силой. Даже Рьюен-кун с его воинственностью не сможет безбоязненно напасть на класс, в котором больше пятидесяти человек. То же относится и к классу A, конечно.
И тогда классам A и B не останется ничего другого, кроме как давить друг друга. Когда занять первое место станет невозможно, они изменят планы и, добиваясь второго места, начнут толкать противника к третьему.
— Мне нужно, чтобы весь класс непременно узнал: когда Аянокоджи-кун выйдет на контакт с классом D, мы ни в коем случае не должны атаковать первыми.
Даже через рацию Ичиносе уловила суету Кобаши, которая позвала Канзаки и передавала указания, размахивая руками. У того могли возникнуть возражения, но она сомневалась, что он в самом деле их озвучит.
Решив для себя, что класс D сейчас готов к приему, Ичиносе молча встала. И посмотрела на текущее местоположение класса C.
— Да…
Ичиносе прижала к себе планшет, ее мысли обратились к Аянокоджи.
— Я понимаю, Аянокоджи-кун. Я знаю, о чем ты думаешь.
Ведомая желанием глубже, чем кто бы то ни было, настроиться на одну с Аянокоджи волну, она постоянно пыталась удержать на нем внимание.
— Канзаки-кун на всякий случай хочет уточнить, точно ли это будет полезно классу D. Его, кажется, беспокоит нынешний класс C…
— Беспокойство ни к чему. Ведь Аянокоджи-кун…
Ичиносе спокойно поделилась своими мыслями через рацию.
Часть 3
(от лица Аянокоджи)
Настороженно и ни на миг не расслабляясь, ученики класса C все-таки присоединились к лагерю класса D. Вряд ли они сразу же найдут общий язык. Я сам предполагал, что эта напряженность может сохраняться вплоть до конца экзамена, но довольно скоро мои ожидания не оправдались — в хорошем смысле.
Такова особенность класса D — доверие, выстроенное Ичиносе. В отличие от учеников класса C, не решавшихся сделать шаг вперед, ученики класса D активно шли на контакт и вели себя с ними так, как в повседневной школьной жизни. Они даже стремились пообщаться с теми, с кем обычно редко перекидывались словами.
Откровенно говоря, класс D вполне мог бы захватить инициативу, ведь на этом специальном экзамене за ними было численное превосходство, но вместо этого они обращались с нами, как с равными. Это приоткрыло запертые сердца учеников класса C и быстро рассеяли их сомнения.
Конечно, полного доверия не возникнет сразу. Тем не менее им бесспорно удалось создать сильное впечатление о себе, чтобы любой подумал: Если этот класс предаст нас, придется смириться.
— Потрясающе, не правда ли? Класс D обладает какой-то особенной притягательностью.
Похоже, Шираиши тоже восхищала эта сцена.
— Меня самого это удивляет. Эту силу не увидишь только по результатам экзаменов или месту класса в рейтинге, — ответил я.
— Союз требует равенства, а иначе ничего из этого не выйдет, если сильная сторона со своей высоты будет подавлять слабую, или если одна из сторон станет подвластной другой, или если распространятся необоснованные опасения. Союз вряд ли возможен с кем-то вроде класса A или класса B.
— Скорее всего, командующие уже догадались по GPS о возможном объединении классов C и D на этом специальном экзамене, о чем и сообщили своим VIP. Наш альянс C-D теперь крупнейшая сила, противостоять которой очень нелегко.
Но расслабляться нельзя. Скорее, нужно быть еще более осторожными.
— Как, по-твоему, отреагируют два верхних класса? — спросила Шираиши.
— В идеале я бы хотел, чтобы они разбирались друг с другом, а мы остались при своем. Пусть даже у нашего альянса классов огромное численное превосходство, если один из них решит напасть, мы лишимся больше половины людей. И тогда второй класс может попытаться извлечь выгоду и урвать победу.
Впрочем, тоже самое можно сказать про любой класс. Естественно, первый ход будет непростым для всех.
Часть 4
Шесть часов вечера второго дня. В дороге нам удалось собрать разные припасы: из еды это питательные батончики, два килограмма риса, консервы и кое-что еще. Еще пять пластиковых мисок, пять стаканчиков и даже пять пар одноразовых палочек для еды — как заботливо, однако. Мы решили, что будет по справедливости разделить рис между победителями в «камень-ножницы-бумаге», причем с условием, что нельзя отказываться от участия без уважительной причины. Я стал одним из победителей. Поэтому с благодарностью наслажусь теплым ужином.
На закате из-под крышки котелка, нависшего над костром, поднимался, колеблясь, белый пар. Повернувшись спиной к окрашенному в оранжевый цвет небу, я следил за огнем, и за это время на моих руках выступил пот. Когда наконец-то по молчаливому лесу разнеслось тихое потрескивание пригорающего риса, я открыл крышку, и наружу вырвалось густое облако пара.
Свежесваренный рис под заходящим солнцем сиял особенно ярко.
Когда я взял палочки, издали наблюдающий Шибата подошел ко мне с поджатыми губами.
— С-слушай, Аянокоджи. Извини, что беспокою прямо перед ужином, но можно с тобой поговорить?
— Я не против. Что случилось?
— А-а… Как бы сказать, у нас же теперь альянс, да? Надо бы поздороваться, ну, как полагается… — Он метал взгляд из стороны в сторону и беспокойно чесал затылок. — Вообще… Понимаю, вопрос глупый, но хотя бы выслушай… Эм…
— Не стесняйся, говори, — побудил я Шибату, который никак не мог перейти к делу.
Наконец, его бегающий взгляд встретился с моим.
— Я хочу знать…
Он уже открыл было рот, видимо, собравшись с духом, и в этот момент сзади кое-кто подошел.
— Извини, Шибата, оставишь нас ненадолго? У меня есть разговор к Аянокоджи.
С пустым котелком в руке к нам вышел Канзаки, взявший на себя обязанность по раздаче еды.
— О-о-ой, бе-е… без проблем. Пока, Аянокоджи!..
Шибата чуть ли не бегом убрался отсюда.
— Тебе что-то нужно? — спросил я.
— Забыл сообщить кое-что важное. Это касается новой цепочки командования. Ичиносе велела поручить все тебе, Аянокоджи.
— Понимаю. Я признателен за это, но тебя самого все устраивает?
— Устраивает или нет — значения не имеет. Ичиносе — лидер класса D. В классе не осталось учеников, кто возразил бы ей.
— Впечатляющая преданность.
Или, быть может, им просто обломали клыки, и их перестала волновать всякая мелочь? Так или иначе, главное, чтобы все шло гладко, и тогда жаловаться будет не на что.
Передав то, что забыл сказать, Канзаки, однако, не спешил уходить.
— Что-то еще?
— Я все не могу понять одного… — Канзаки ненадолго умолк, а после продолжил: — Почему ты предложил союз с классом D, если выгоды от этого никакой? Я не понимаю, зачем ты намеренно протянул нам руку и дал возможность выкарабкаться.
— Спрашивать «почему» здесь ни к чему. Класс Рьюена внезапно напал на нас, и мы в мгновение ока потеряли половину ребят. Без альянса нам не избежать худшего исхода, то есть последнего места на этом специальном экзамене. Так что союз как раз имеет смысл.
— Это суждение задним числом. Ты втайне планировал с Ичиносе союз еще до экзамена на необитаемом острове, если не с начала третьего года, не так ли? Я не думаю, что на тот момент класс C нуждался в этом. Уверен, кто-то вроде тебя вернул бы их в строй своими силами и сделал так, чтобы они могли состязаться с классами B и A.
Канзаки знаком с моим отцом, Аянокоджи Ацуоми. Отец Канзаки уважает этого человека, также уважает и сам Канзаки. Как следствие, он высоко оценивает меня — сына Ацуоми.
— Ты переоцениваешь меня.
— Я не идиот. Дело не только в твоем отце, если я оглянусь на прошедшие два года, то нравится — не нравится, а придется признать: ты способен в одиночку изменить ход битвы.
— Странно это слышать. На меня внезапно напал Рьюен, из-за чего я лишился половины одноклассников. А сегодня утром я решил рискнуть, но не только не получил припасов, но еще и потерял шестерых. Если ты не переоцениваешь меня, тогда как это назвать?
— Разумеется, никто не совершенен. Кто угодно может просчитаться. Хотя нет, класс C в принципе не подходит для подобных сражений.
— Именно. Ты не думаешь, что этот союз — своего рода подстраховка на всякий случай? Небольшой рост класса D в любом случае особо не повлияет на класс C. К тому же есть и другая польза. Если класс D не покажет, что от него можно ждать развитие в этом году, то Хориките и Рьюену нужно будет сосредоточиться лишь на классе C. Для нас же проще, если их внимание будет разделено. Мы не протягиваем руку помощи задаром.
Это правда, класс C опережает их на один шаг в плане общих способностей. Но сейчас именно класс С просит о помощи, а класс D согласился помочь.
— Класс D все еще развивается. Просто доверься потенциалу.
— О каком развитии идет речь, когда мы отстаем от остальных на целый круг?
— Время еще есть. Если мы закончим этот специальный экзамен на первом и втором местах, разница между нами и верхом станет незначительной. Или я ошибаюсь?
— Мне все равно кажется, что это недостижимо… Тем не менее Ичиносе вроде бы верит. Верит, что с тобой мы можем поставить такую цель… Похоже, она не перестала сомневаться в твоих способностях даже после твоих последних промахов.
Наверное, это одна из причин, почему она сказала поручить все руководство мне.
Я доел свою порцию риса и аккуратно закрыл крышку котелка. Затем встал и подошел к Канзаки.
— Если одна лишь Ичиносе ставит целью класс A, то это обернется проблемой. Канзаки, ты должен смотреть в том же направлении, что и Ичиносе, а самое главное, тебе нужны уверенность и решимость.
— Уверенность и решимость, говоришь…
— Если ты все еще не понял, попробуй оглядеться с этого места. Можете, тебе и хочется это отрицать, но сильная сторона вашего класса D проявилась настолько явно, что видна невооруженным взглядом.
Перед нами раскинулись ученики классов C и D, общающихся друг с другом без малейшей настороженности.
— Попробуй как следует осознать, насколько это невероятно, когда тебе настолько доверяют.
Класс D, у которого численное превосходство, может, если захочет, разбить класс C одним внезапным ударом.
А что класс A? Или класс B? Мы не можем расслабиться. Приходится постоянно переживать, что за нами придут, когда мы меньше всего этого ждем.
— Не хочешь в следующий раз сходить в тренажерный зал?
— Вот это было полной неожиданностью… С чего вдруг ты это предложил?
— Это тот случай, когда ты совсем рядом, а на деле — далеко. Для начала лучше узнай Ичиносе поближе, а именно какой она человек.
Возможно, сейчас он и не согласится, но мне, думаю, достаточно уже того, что посею мысль в его голову.
