↓ Назад
↑ Вверх
Ранобэ: Ускоренный мир
Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     
Цвет текста
Цвет фона
«

Том 13. Глава 4

»

29 июня, суббота, три часа дня.

Харуюки находился внутри клетки для животных за вторым корпусом школы Умесато.

Занимался он тем, что прилежно драил щёткой залитый водой пол. В общем-то, пол в клетке сделан из водоотталкивающего материала и на первый взгляд может показаться чистым, но на всякий случай он всё равно чистил клетку раз в неделю, беспокоясь о здоровье её жителя.

Этим жителем была африканская зорька по кличке Хоу, которая сидела на любимом левом насесте и то и дело крутила головой. Сам Харуюки её не особо интересовал, чего нельзя сказать об атмосфере, которая наполнила всю школу и повлияла на него самого. Завтра должен состояться культурный фестиваль школы Умесато.

Из актового зала физкультурного корпуса доносились звуки генеральной репетиции духового оркестра, от ворот доносились переругивания школьников, устанавливающих праздничные ворота, а с другой стороны второго корпуса доносились звуки танцевальной репетиции.

Это второй культурный фестиваль в жизни Харуюки. Он не то чтобы не любил ощущение самодеятельности, которое царило здесь в отличие от начальной школы… просто в этом году он оказался среди тех, кто готовит весьма скучную выставку его класса, «Коэндзи 30 лет назад», с приготовлениями к которой они управились часом ранее. Осталось лишь прийти завтра с утра, закачать приготовленный Харуюки файл на сервер локальной сети и запустить его.

Секция лёгкой атлетики Тиюри готовила блинную лавку, а секция кендо Такуму ставила костюмированный танец, и потому они оба оказались заняты подготовкой. Где-то в районе четырёх часов все они планировали освободиться, что дало бы им возможность принять участие в защите территории (конечно же, речь шла об Ускоренном Мире, а не о фестивале), но в крайнем случае Легиону пришлось бы оборонять территорию без них, вчетвером.

…Нет.

Не вчетвером, а впятером. Позавчера, в четверг, в Нега Небьюлас вступил очередной долгожданный легионер, и теперь он состоит из семи человек.

Мысли об этом наполняли Харуюки теплом, но оно быстро куда-то улетучилось. Дело заключалось в той дуэли, на которую он отправился вчера, в пятницу, после уроков. Точнее, в том, что дуэль не состоялась.

Вчера, как только он закончил кормить Хоу, Харуюки тут же побежал в сторону боевой зоны Накано 2. Естественно, его целью была битва с Вольфрам Цербером. Он рассчитывал на честный бой, где им бы никто не помешал, где его кулаки смогли бы достучаться до его сердца, и где он смог бы вновь докричаться до него. Где он смог бы сказать ему присоединиться к нему… предложить стать его другом.

Но… несмотря на то, что Цербер всю неделю регулярно появлялся в Нака-2, вчера он там так и не объявился.

Вместо этого Харуюки перехватили Черноснежка с Фуко, которые неожиданно решили переночевать у него дома. Конечно, он с радостью провёл с ними вечер, но и спустя ночь ощущал сожаление. Вернее, беспокойство. Он никак не мог отделаться от чувства, что Цербер уже не появится… или же появится после того, как необратимо изменится.

Он продолжал чистить пол, переполненный сложными чувствами…

«UI> Так всё-таки?» — неожиданно появились перед ним розовые буквы вместе с сообщением о подключении к местной сети.

Подняв голову, он увидел у входа в клетку улыбающуюся девочку с щёткой в руках. На груди белой спортивной формы, явно одетой в расчёте на грязную работу, красовалась эмблема другой школы.

— Так всё-таки… что? — переспросил Харуюки, приостановив уборку.

Четвероклассница из родственной академии Мацуноги, «суперпредседатель» комитета по уходу за животными школы Умесато Синомия Утай окинула Харуюки взглядом и провела пальцами в воздухе:

«UI> У тебя такое лицо, будто ты не можешь решить, радоваться тебе или грустить, Арита-сан.»

Текст бежал в чате быстрее, чем Харуюки умел разговаривать.

Немного подумав, он кивнул.

— Да, пожалуй… вчера, когда я закончил ухаживать за Хоу, я пошёл в Накано, но с Цербером сразиться так и не смог. Поэтому я и грущу… вернее, сожалею.

«UI> Так вот в чём дело…»

Улыбка пропала с лица Утай, так что Харуюки поспешил добавить:

— Ну, ничего, он ведь тоже школьник. На носу июль, а там и четвертные контрольные, мало ли, что там у него.

От этих слов не по себе стало и самому Харуюки. Утай увидела, как он пошатнулся, и лицо её снова прояснилось.

«UI> Уверена, вы вскоре увидитесь снова. А чем вызвана радость?»

— А это потому… — начал говорить он, но тут же захлопнул рот.

О позавчерашних событиях — неожиданной королевской битве с Цербером, вмешательстве Аргон Арей и о том самом «радостном событии», которым стало появление и последующее возвращение в Легион Аквы Карент, они собирались рассказать сегодня незадолго до территориальных битв. Пока что об этом не знала даже ночевавшая дома у Харуюки Фуко.

— Это… пока секрет.

В ответ на это Утай сначала изумлённо округлила глаза, а потом очаровательно надулась.

«UI> Не расскажешь даже суперпредседателю комитета по уходу?»

— Э-эту должность от нечего делать придумала Идзеки, — сказал Харуюки и тут же услышал гудок — звуковой эффект ошибки.

«UI> Саттин обновила… исправила журнал комитета, и теперь я там значусь не только как межшкольный агент, но и как суперпредседатель. Так что теперь это моя официальная должность!»

— Э-э?!

«Опять она за свои фокусы взялась?» — подумал Харуюки, открывая страницу комитета; и действительно, имя «суперпредседателя» Синомии Утай сияло над именем Харуюки. Окинув взглядом горделиво выпятившую грудь школьницу в спортивной форме, Харуюки немного подумал, а затем обратился к сидевшей на насесте зорьке:

— Слушай, Хоу. Правда ведь, что и начальству нельзя всё рассказывать?

В ответ хищная птица, истинная правительница этой клетки, с незаинтересованным видом распахнула крылья и несколько раз взмахнула ими. Приняв это за знак согласия, Харуюки повернулся к Утай.

— Вот, Хоу со мной согласен.

«UI> Нечестно о таком Хоу спрашивать!» — напечатала Утай, надувшись ещё сильнее прежнего, но затем широко улыбнулась.

Взяв в правую руку щётку, она быстро набрала левой рукой:

«UI> Хорошо, расскажешь после уборки. Давай скорее заканчивать.»

После приборки щёткой, вытирания пола шваброй, замены бумаги и смены воды в тазике часы уже показывали половину четвёртого. Идзеки Рейна, с чьей лёгкой руки Утай стали называть суперпредседателем, была очень занята подготовкой класса 2-В. Судя по всему, подготовка шла не очень гладко, поскольку помочь комитету она сегодня так и не смогла. Впрочем, Харуюки был благодарен ей хотя бы за то, что она в своё время нашла в себе силы прийти и извиниться. Последнего члена комитета — парня по имени Хамадзима — он так возле клетки после первого дня и не видел.

После росписи в еженедельнике и сдачи его на сервер работу на сегодня можно было считать завершённой.

«UI> Я пойду переоденусь, подожди меня тут.»

Взяв в руки сумку, Утай поклонилась. Она до сих пор переодевалась в женском туалете на первом этаже второго корпуса, так как раздевалки располагались только в первом и спортивных корпусах, куда идти с заднего двора довольно далеко.

— Х-хорошо.

Проводив Утай взглядом, Харуюки присел на скамейку и вздохнул.

Прошло двенадцать дней с момента образования комитета по уходу. Харуюки уже привык убирать клетки и измерять вес Хоу, правда, кормить его пока ещё не мог. Комитетская работа стала для него частью обыденной жизни.

Когда он впервые увидел клетку, покрытую скопившимися за долгие годы гнилыми листьями, то подумал, что очистить её не получится никогда. Когда он впервые увидел Хоу, то подумал, что ухаживать за такой большой птицей не сможет. Более того, Харуюки никогда не планировал заниматься чем-либо в школе после уроков, и даже в комитет он попал из-за неуклюжести, по ошибке вызвавшись добровольцем.

Когда-то в школе он вёл себя тише травы и ниже воды. Первым и самым главным его принципом было «не привлекать внимания». Ему казалось, что даже после встречи с Черноснежкой и знакомством с удивительной программой для ускорения сознания «Brain Burst» в реальном мире ничего не изменится… вернее, не сможет измениться.

Хотя, пожалуй, в нём действительно мало что изменилось. Харуюки по-прежнему опасался взглядов незнакомых школьников, а когда выходил к доске, его всё так же бросало в пот. Даже комитет по уходу он не бросил во многом благодаря поддержке другого бёрст линкера и подруги по Легиону — Утай.

Несколько дней назад Харуюки потерял сознание во время баскетбольного матча, и его унесли в медкабинет, где к нему примкнула отпросившаяся из-за этого с уроков Черноснежка. Она сказала ему: «Воображение обладает огромной силой и в реальном мире. Конечно, оно не даст тебе обойти законы физики. Но оно может помочь тебе преодолеть кажущийся неприступным барьер, так сказать, оверрайднуть его».

Самый неприступный барьер для Харуюки — он сам. Толстяк, коротышка, не блещущий ни в спорте, ни в учёбе, которому не хватало смелости противостоять издевавшимися над ним подросткам.

Выражаясь словами Черноснежки, он загнал себя в клетку негативного образа о самом себе.

Но как бы он ни хотел обрести положительный образ, ему никак не удавалось найти для этого основание. Да, он убирался в клетке и во время того матча потрудился на славу, но всё это действия, которые мог совершить любой. Максимум, на что хватало этих свершений — улучшение самооценки с -100 до -95.

С тех пор как Харуюки прошлой осенью стал бёрст линкером, у него появилось много новых знакомых не только в Ускоренном Мире, но и в реальном. Одна из них — суперпредседатель Синомия Утай (Ардор Мейден), а также Курасаки Фуко (Скай Рейкер), Кусакабе Рин (Аш Роллер), Хими Акира (Аква Карент) и, конечно же, Черноснежка (Блэк Лотос). Все они шли на контакт с Харуюки не только дуэльными аватарами, но и вживую, подбадривая его и подталкивая в спину. Они не уставали повторять ему, что он ценен по-своему.

Конечно же, он не пытался опровергнуть эти слова. Он старался изо всех сил именно для того, чтобы оправдать эти ожидания.

Но…

«Что, если я перестану быть бёрст линкером по имени Сильвер Кроу. Что, если полностью забуду об Ускоренном Мире и вновь стану бесполезным Аритой Харуюки?

Если это случится, то поступят ли они так же? Соберутся ли они в комнате с приглушённым светом и решат ли тихими, но напряжёнными голосами, что я им не нужен, как это сделали мои родители?..»

Вдруг раздались хлопки крыльями, и Харуюки поднял голову. Он посмотрел налево и увидел, что Хоу, раскинув крылья в стороны, смотрит на него золотистыми глазами сквозь металлическую сетку.

Пусть двадцать сантиметров — не самый внушительный рост для зорьки, с раскинутыми крыльями Хоу выглядел очень внушительно. Совсем не так, как вороны и скворцы, живущие на улицах города. Мощные ноги ещё раз напомнили о том, что он действительно хищник, пусть и маленький.

Но по одной из этих ног бежал похожий на маленькую молнию шрам. Его оставил предыдущий хозяин, вырезавший из ноги Хоу идентификационный чип питомца. По какой-то причине он решил избавиться от Хоу, но при этом избежать наказания за нарушение закона об обращении с животными.

— Тебя ведь тоже однажды сочли ненужным… — прошептал Харуюки.

Зорька сложила крылья и покрутила головой. Казалось, будто она ответила: «И что с того?»

Хоу добрался до территории академии Мацуноги, где его взяла под свою опеку Утай. Но из-за раны он потерял столько крови, что находился при смерти. Даже после того, как его жизнь удалось спасти, комитет по уходу был ликвидирован, и если бы ему срочно не нашли новый дом, его бы пришлось усыпить. То, что Хоу смог всё это пережить — результат самоотверженных усилий Утай.

Но в облике сидевшего в маленькой клетке Хоу нет ни намёка на тоску или уныние. Он выглядит благородно и прекрасно. Возможно, Харуюки просто казалось, но вид Хоу говорил о том, что ему неважно, нуждается в нём кто-то или нет. Он просто живёт в своём мире ради себя.

— Какой же ты, всё-таки, классный… — прошептал Харуюки, встал со скамейки и потянулся, стараясь отделаться от приставших мыслей.

Нельзя пытаться строить положительный образ о себе на основе того, как на тебя смотрят остальные, и что они о тебе говорят. Он должен найти в себе что-то хорошее, каким бы маленьким оно ни оказалось, а затем постепенно выращивать это семя. К счастью, скучать в ближайшее время ему бы точно не пришлось. Завтра необходимо обеспечить работу выставки, затем начинается пора контрольных, которую ещё надо пережить… а через пятнадцать минут — битвы за территорию. Несомненно, все эти испытания приближали его к тому моменту, когда он сможет обнаружить то, что ищет.

«Да, и весь тот путь, что я уже проделал, тоже двигал меня к этой цели».

За спиной послышались тихие шаги, и он обернулся, встретившись взглядом с Утай, переодевшейся в белое платье. Пусть эта девочка и младше него на четыре года, но в глазах её таится глубокая мудрость. Словно разглядев что-то в Харуюки, она приятно улыбнулась.

«UI> Поздравляю с окончанием уборки. А теперь давай защитим территорию!»

На первый взгляд в этих розовых буквах не было ничего необычного, но Харуюки показалась, что она написала это, чтобы окончательно развеять сомнения и страхи, которые никак не хотели покидать его. Кивнув, Харуюки попытался как можно увереннее ответить:

— Да! Защитим!

«Битвы за территорию» сетевого файтинга «Brain Burst» представляют собой командные битвы между Легионами за правом владеть какими-либо боевыми зонами. Они проходят каждую субботу и начинаются в четыре часа вечера.

Чтобы напасть на другой Легион, сначала необходимо собрать команду через меню Брейн Бёрста и зарегистрировать её. Затем нападающая команда перемещается на атакуемую территорию (в реальном мире) и начинает ждать. После четырёх часов лидер ускоряется и открывает список противников. Сверху в нём высвечивается имя Легиона, контролирующего территорию, и, нажав на него, можно начать бой.

Со стороны защиты также необходимо предварительно организовать и зарегистрировать команду. Однако существует один нюанс — находящаяся в определённой зоне «оборонная» команда могла защищать и все смежные зоны, если они входят во владения Легиона. Другими словами, если защитники находятся в школе Умесато, расположенной в зоне Сугинами 2, то оттуда они могут оборонять и зону Сугинами 1 на севере, и Сугинами 3 на западе.

Естественно, необходимое условием таких битв — подключение к глобальной сети. На территории школы подключаться к глобальной сети ученики могут только через шлюз в комнате школьного совета, и это ограничение действует даже после уроков. Однако Черноснежка нашла способ обойти это ограничение, втайне выдав Харуюки и остальным легионерам Нега Небьюласа права на подключение к оборудованию в комнате школьного совета. Соединившись с ним через локальную сеть, можно выходить в глобальную.

Поэтому Харуюки и Утай просто сели на скамейку на заднем дворе, решив принять участие в боях прямо с неё. Бои за территорию длятся столько же, сколько обычные дуэли — тридцать минут ускоренного времени или 1,8 секунд реального, но атакующих команд много, и значительное время приходится проводить в ожидании, из-за чего защита территории требует некоторых приготовлений. Харуюки передал Утай купленный немногим ранее сок, а она в ответ достала из своей сумки принесённое из дома печенье.

— С-спасибо, — поблагодарил он её.

Надпись «Печенье «Каринто», 5 сортов» на упаковке развеселила его, и он расплылся в улыбке.

«UI> Ты так сильно любишь печенье?» — удивлённо напечатала Утай.

Харуюки тут же закивал.

— Д-да, обожаю. Спасибо, Синомия.

Он действительно любил их, но улыбался не поэтому. Название печенья напомнило ему об имени одного бёрст линкера. Но поскольку он всё ещё пытался сохранить случившееся втайне, он тут же попытался скрыть это. Стараясь стереть с лица улыбку, он посмотрел на часы. 3 часа 55 минут.

— Ну что, скоро начнётся собрание. Подключаемся к серверу совета, — сказал Харуюки, и за этим они дружно провели пальцами в воздухе.

Нажав на неприметную иконку, они авторизовались, и вскоре появилось окно о подключении к новой сети. Это была специальная закрытая сеть, организованная Черноснежкой для приготовления к битвам за территорию. Работала она на базе школьной сети.

После этого они просто начали ждать. В 15:57 раздался привычный звук ускорения, а перед глазами вспыхнуло сообщение о начале дуэли. Конечно же, это ещё не битва за территорию. Черноснежка вызвала Харуюки на дуэль ради того, чтобы обсудить сегодняшний план защиты.

Серебристый дуэльный аватар Сильвер Кроу опустился на белую землю уровня «Лунный Свет», а вслед за этим невдалеке приземлился похожий на жрицу аватар в двухцветной одежде: Ардор Мейден, которой управляла Утай. В реальном мире они сидели на скамейке друг рядом с другом, но в момент начала дуэли система автоматически раздвинула их. Кроу стал дуэлянтом, а Мейден — зрителем.

Как правило, зрители не могут приближаться к бойцам ближе, чем на десять метров, но «родители» с «детьми», а также члены одного Легиона попадают под исключение. Пока Харуюки ждал, когда Мейден к нему подойдёт, он уничтожил рядом с собой несколько тонких шпилей, в которые превратились деревья, ради того, чтобы набрать энергию. Идти до места встречи пешком ему было лень.

Жрица подошла к клетке, похожую в этом мире на миниатюрного размера храм, и заглянула внутрь.

— И всё-таки Хоу в этом мире нет.

— Ну, логично, Брейн бёрст моделирует только ландшафт… — ответил Харуюки.

Но тут Мейден обернулась, и её красные глаза заблестели.

— Я слышала слухи… что слоны в зоопарках на уровне Первобытный Лес представлены огромными мамонтами.

— Ого! Надо бы это проверить… может, сходим как-нибудь в зоопарк Уэно и попробуем?

— Ты приглашаешь меня на свидание?

— Ч… что?! Н-нет-нет, я, я вовсе не… я имел в виду, сходить на тактическую разведку как два бёрст линкера… — попытался спасти ситуацию Харуюки, заставив Мейден весело прыснуть.

В реальном мире она улыбалась молча, и услышать её смех он мог лишь здесь. И даже в этом мире это случалось редко.

Харуюки засмеялся вместе с ней, но тут вдалеке послышался тяжёлый грохот, одновременно с которым шкала энергии Блэк Лотос в верхнем правом углу начала резко заполняться. Черноснежка сломала что-то большое. Видимо, она намекала Харуюки, что тот задерживается.

Тут же вжав голову в плечи, он резко расправил крылья.

— П-пожалуй, мне лучше поторапливаться!

Увы, но взять с собой Мейден он не мог — зрителей перемещать запрещалось. Помахав ей, он начал быстро взлетать.

Быстро перелетев через второй корпус, внутренний двор и первый корпус, он оказался на залитом лунным светом стадионе, в центре которого заметил фигуру. Один из огромных осветительных столбов оказался срезан под корень, и останки успели исчезнуть. Ещё раз вздрогнув, Харуюки приземлился и почтительно поклонился.

— С-спасибо, что подождала. Прости за опоздание!

— Да нет, не извиняйся. Я рада тому, что у тебя такие хорошие отношения с остальными легионерами, — отозвалась Чёрная Королева Блэк Лотос.

Голос её звучал таким укоризненным, что Харуюки забеспокоился, не услышала ли она их разговор о свидании. Конечно, она находилась далеко, но правила Ускоренного Мира могли не распространяться на интуицию Черноснежки.

Харуюки уже успел задуматься над тем, не извиниться ли ему ещё раз, но, к счастью, вокруг послышались звуки появляющихся аватаров. Около них возникли Ардор Мейден, Циан Пайл и Лайм Белл, которых телепортировала система автоматического следования за бойцами.

— Здравствуйте, Саттин, Тиюри, Маюдзуми, — сказала Утай и поклонилась.

Такуму и Тиюри тоже поздоровались со всеми, а затем дружно хлопнули руками перед лицами.

— Снежка, Уи, простите!

— Извини, командир, но мы с Ти ещё не закончили подготовку к фестивалю…

Не сказать чтобы их слова застали остальных совсем врасплох, но Харуюки тут же воскликнул:

— Э-э?! Вы не будете участвовать в битвах за территорию, Тиютаку?!

— Я же сказала, не надо нас так называть! Ничего не можем поделать, я как раз пеку блины. Конечно, я смогла выкроить пару секунд на это совещание, потому что знала, когда оно будет, но время битв предугадать невозможно… — сказала Лайм Белл, уперев руки в боки.

Циан Пайл же почесал голову Сваебоем и продолжил речь:

— Я тоже репетирую и ещё какое-то время освободиться не смогу. Уж попробуйте как-нибудь сегодня без нас, Хару.

— П-попробуем конечно, но… — начал Харуюки, но тут слева от него появился ещё один аватар.

К ним телепортировался аватар женского пола, сидящий в серебристой коляске. Её стройное тело облачено в белое платье и широкополую шляпу, из-под которой выбивались длинные серебряные волосы. Главный офицер Легиона — Скай Рейкер, Курасаки Фуко.

После того как на Гермесовом Тросе она смогла вернуть себе давно потерянные ноги, необходимость в этой коляске, казалось бы, полностью отпала. Но на самом деле она умеет использовать её не только как удивительно скоростное средство передвижения, но и как очень эффективное оружие. Конечно, для этого требуется твёрдая и ровная земля, и если уровень под это описание не подходит, то она сражается без неё.

На битвах за территорию Фуко часто выступала, сидя в коляске. По гладким плитам уровня Лунный Свет она скользила, словно по льду. Поклонившись, она с улыбкой сказала:

— Ничего страшного, Ворон-сан. Если Тико и Маюдзуми на этой неделе не могут, то защищать будем в две команды. Выбирай своего партнёра сам.

— А, с-спасибо… э, э-э?!

Харуюки уже успел приложить руку к затылку и поклониться, как едва не подпрыгнул на месте. Фуко только что предложила ему сделать выбор из себя, Черноснежки и Утай. Конечно, все они опытнейшие бойцы, но Харуюки понимал, что ответ «да мне неважно» они точно не примут.

Скай Рейкер хитро улыбалась, Ардор Мейден выглядела серьёзно… и в то же время отчаянно (она понимала, что у неё появились шансы оказаться в одной команде с Фуко), а глаза Блэк Лотос светились холодным светом. Харуюки по очереди обвёл их взглядом, а затем кое-что осознал.

Если Тиюри и Такуму сегодня в битве не участвуют, то защищать будут не четыре человека, а пять. С сегодняшнего дня в жизни Легиона начинал принимать участие новый, вернее, вернувшийся бёрст линкер. И именно это и есть тот самый повод для радости, который Харуюки хранил в секрете от Утай.

Харуюки выдохнул, повернулся к Лотос и кивнул.

Казалось, что её недовольный вид моментально смахнуло, и она еле заметно улыбнулась. Сначала она медленно вскинула клинок правой руки, направив его точно на сверкавшую в небе полную луну. Затем она начала медленно опускать его и остановилась, указав им на крышу первого корпуса.

Взгляды легионеров собрались в одной точке, где обнаружили тихо стоящую седьмую фигуру. В свете голубой луны тихо сверкал текучий аватар…

— А… — Фуко ахнула.

— А… а-а! — кратко вскрикнула Утай.

Тиюри и Такуму изумлённо застыли. Харуюки довольно улыбнулся.

Под молчаливыми взглядами шести человек аватар стёк по стене школы, а затем медленно, чеканя каждый шаг, подошёл к ним. Чем ближе он подходил, тем отчётливее становились звуки воды. Брызги ярко блестели отражённым светом.

Фуко и Утай заворожённо сделали несколько шагов вперёд, остановившись напротив текучего аватара. После недолгой тишины на звуки воды наложился тихий голос:

— Я вернулась, Рейкер, Мейден…

Даже услышав этот голос, Фуко и Утай отреагировали не сразу. Они просто не могли отреагировать. Прошло несколько секунд, и они с трудом выдавили из себя едва живые голоса:

— Карен?..

— Рен, это ты?..

В ответ на это «Вода» Элементов, Аква Карент, отчётливо кивнула. Затем она протянула руки, и вода из ладоней начала вытягиваться, рисуя в воздухе большую фигуру в виде сердца.

Утай и Фуко тут же бросились вперёд и заключили Карент… Акиру в свои объятия.

Харуюки молча смотрел на то, как они обнимали друг друга. Рядом послышался тихий голос Тиюри:

— Хару, это… ещё один из наших старых офицеров?..

— Да. Это Аква Карент. Она вернулась в Нега Небьюлас.

— Погоди, так ты знал? Ты знал и ничего мне не сказал?

Почувствовав, как та начинает толкать его в бок Хоровым Перезвоном, он быстро объяснился:

— Н-ну как сказать знал, мы с ней встретились только позавчера! Кроме того, нам хотелось устроить вот такой сюрприз.

— Всё равно, от нас скрывать это не было смысла! Правда, Таккун?.. Таккун? Что с тобой?

Повернувшись вслед за Тиюри, Харуюки увидел, что Циан Пайл скрестил на груди руки и неспешно качал головой.

— Аква Карент… Элемент… я уверен, что слышал о ней, но… это ведь она телохранитель по прозванию «Единица»… так почему же я с самого начала не смог…

— Э-эй, Таку, ты в порядке?.. А! Т-точно, твои воспоминания!..

Увидев, как из маски перегруженного мыслями Такуму начал валить пар, Харуюки в панике повернулся к наслаждающейся воссоединением троице и крикнул:

— А, а-а, простите, что вмешиваюсь, но Карен! П-примени, пожалуйста, Освобождение Воспоминаний на Таку!

Прошлой осенью, когда Харуюки оказался на грани полной потери очков, он смог вырваться из кризиса, сражаясь в одной команде с Акирой, с которой встретился в Дзинбо. Но после этого она применила удивительную Инкарнационную технику «Капель Воспоминаний», заставив его полностью забыть о встрече с Аква Карент, и до позавчерашнего дня он не мог ничего о ней вспомнить… судя по всему, похожее случилось и с Такуму, который пошёл в Дзинбо вместе с ним.

После того, как они переключили дуэль в режим королевской битвы, и Такуму вернули воспоминания, он ещё какое-то время тряс головой, а затем, полностью осознав случившееся, кивнул.

— Ясно… теперь я понимаю, каким образом Единица умудрялась столько времени работать телохранителем, не раскрывая свою личность.

В ответ на эти слова Акира пожала плечами.

— Наиболее эффективной мерой предосторожности было то, что я требовала фотографии лиц. Стирать воспоминания мне пришлось лишь нескольким бёрст линкерам, обратившимся ко мне со злым умыслом, и… — на мгновение прервавшись, она с улыбкой закончила, — вам, легионеры Нового Нега Небьюласа.

— Да уж, поднять уровень, едва набрав три сотни очков — это точно про Хару, — сказала Тиюри, покачав одетой в треугольную шляпу головой. Затем она повернулась к Карен и задала вполне логичный вопрос: — А вообще, Карен, «запечатывание воспоминаний» — это довольно мощная вещь даже для Инкарнации. Как это вообще работает?

— С моей точки зрения, Белл, твой спецприём гораздо удивительнее. Пожалуй, если я в деталях расскажу, на чём основана логика моей Инкарнации, времени дуэли нам не хватит, но вкратце… вам ведь известно, что Брейн Бёрст может вмешиваться в воспоминания бёрст линкера, так?

Услышав эти слова, Харуюки окнул.

Как ни странно, но сам он до сих пор не задумывался о некоторой связи этой способности с тем, что бёрст линкеры, потерявшие все очки и лишившиеся Брейн Бёрста, теряют все связанные с ним воспоминания. В апреле этого года ему даже пришлось увидеть это в действии.

Все собравшиеся кивнули. Акира обвела их взглядом и продолжила:

— Моя Инкарнационная техника «Капель Воспоминаний» использует малую часть этих возможностей, чтобы запечатать воспоминания, связанные со мной. Как конкретно она устроена, и как я до неё додумалась — расскажу в другой раз, как будет время.

— Какая же ты скользкая, Карен. Даже я, Элемент, не знала, что ты на такое способна, — отозвалась Фуко, и на это покрытый водой аватар ответил:

— Естественно, я скользкая. Мне положено.

После этих слов все едва не рассмеялись, но тут Черноснежка звонко ударила клинками.

— Нам ещё о многом нужно поговорить, но, как бы то ни было, Нега Небьюлас приветствует своего нового Легионера. Белл, Пайл, Кроу, уверена, вы ещё не раз будете сражаться бок о бок с Карен. Покажите ей всё, на что способны, и освойте эффективные комбинации. Что же до сегодняшней защиты… то в отсутствие Белл и Пайла в обороне принимают участие пять человек. Прошу меня извинить, но на команды защитников я разделю сама.

Харуюки напряжённо ждал продолжения. Черноснежка, продолжая говорить ровным тоном, достойным командира, раздавала указания своим подчинённым:

— Южные зоны Сугинами 2 и 3 берём на себя мы с Рейкер. Северный Сугинами 1 защищают Мейден, Карент и Кроу. Желаю всем удачи. С учётом того, что на носу атака на Токио Мидтаун Тауэр, потеря территории нас деморализует не меньше, чем необходимость сражаться на уровне «Канализация».



>>

Войти при помощи:



Следи за любыми произведениями с СИ в автоматическом режиме и удобном дизайне


Книги жанра ЛитРПГ
Опубликуй свою книгу!

Закрыть
Закрыть
Закрыть