Вау, — сказал я, искренне удивившись открывшемуся передо мной виду.
Дом Даррина в пригороде Сехз-Клара превышал размеры поместья Хэлсти в Ксирусе вдвое, и насколько хватало глаз его окружали простирающиеся зелёные и золотые поля. В нескольких милях отсюда небольшой городок укрывался меж двух холмов. Несколько других, похожих поместий были разбросаны по окрестностям.
Главное двухэтажное здание в обе стороны расширялось крыльями пониже. Весь особняк был построен из светло-красного кирпича, на фоне которого выделялись белые каменные колонны. Вокруг дома располагались: ухоженный двор с зелёной травой, густые цветущие кустарники и ведущая на восток тропинка, где я увидел что-то вроде огороженной территории выше на холме.
Сельская безмятежность поместья успокоила нервы всех, кто всё ещё был на взводе после нападения в реликтомбах. Глядя на окружающую нас сцену, будто написанную маслом, я и правда начал предвкушать небольшой отдых, лишенный каких-либо пыток или покушений на мою жизнь.
— Преимущество жизни в сельской местности, — сказал Даррин, сияя. — недвижимость стоит лишь четверть того, что вы заплатили бы в более густонаселенных доминионах, а ещё на этих холмах плохая почва, поэтому не нужно бороться с фермерами за права на землю.
— Я немного удивлён, что ты не живешь в реликтомбах, — сказал я, легонько проводя пальцем по ярко-фиолетовому цветку. — Особенно учитывая твою работу.
Даррин повёл нас через широкую лужайку, посреди которой мы стояли, к белым двойным дверям своего дома.
— Я не мог позволить себе недвижимость там, а лучшее, что мог бы сделать — снять двухкомнатный номер в одной из лучших гостиниц, но это всё равно обойдется в небольшое состояние, — он замолчал, разглядывая холмы и яркое широкое небо. — Нет, думаю, что предпочту жить здесь и платить за телепортацию.
Я проследил за его взглядом, снова осматриваясь:
— Не могу сказать ничего против. Здесь отличный вид.
Даррин положил руку на плечо Аларика.
— Но я никогда бы не справился со всем этим без моего наставника. Ты в хороших руках, Грей, даже если снаружи он и притворяется грубым.
Аларик фыркнул, его и без того красные щеки стали ярче, а взгляд заметался по сторонам, избегая Даррина.
— Это и мне принесло огромную выгоду, ведь в итоге ты стал владельцем всего лишь одного поместья в глуши…
Ухмыляясь, Даррин тихо постучал в дверь.
Мгновение спустя она распахнулась, и девочка, не старше семи или восьми лет, бросилась в его объятия.
— Дядя Даррин! — крикнула она с улыбкой, обнимая его за шею.
Когда она заметила стоящих рядом нас с Алариком, её изумрудно-зелёные глаза расширились, и с визгом вынырнув из объятий Даррина, она спряталась за его спиной, выглядывая сбоку.
Я дружелюбно (надеюсь, что дружелюбно) улыбнулся девочке и помахал рукой. Она тут же укрылась за спиной Даррина, а тот рассмеялся.
— Пен, это мои друзья, Аларик и Грей, — сказал Даррин, мягко выводя её обратно на открытое пространство и взъерошивая её русые волосы. — Всё в порядке, они дружелюбны. Ну, Грей точно.
Лицо Аларика исказилось в угрожающем оскале, и он издал животный рык.
— Зато я злой, и я готовлю из маленьких детей вкусные пироги!
Девочка хихикнула и посмотрела на Даррина.
— Твои друзья такие забавные!
— Во всяком случае, они так думают, — ответил Даррин, закатывая глаза на Аларика. Он подхватил девочку на руки и перенёс через порог, махнув нам следовать за ним.
— Появлялись ли новости о твоей маме, пока меня не было? — спросил он её, когда мы прошли в холл, в котором находились две изогнутые лестницы, ведущие на верхний этаж.
Она надулась и покачала головой:
— Нет.
Даррин снова обнял её и утешающе похлопал по спине.
— Ничего, я уверен, что она скоро вернется, — он опустил Пен на выложенный гранитной плиткой пол. — Почему бы тебе не пойти и сказать остальным, что у нас гости?
Серьёзно кивнув, маленькая девочка исчезла за дверью справа от нас, которая скорее всего вела в другое крыло дома.
— Твоя? — спросил я, смотря за убежавшей вприпрыжку девочке.
— О, нет, — сказал Даррин, проводя рукой по волосам. — Её мать — одна из моих бывших товарищей по команде. И она всё ещё действующая восходящая. Пен иногда остается со мной, на время пока её мама уходит в реликтомбы.
Мой взгляд, устремленный на дверь, за которой скрылась Пен, заметил в углу прислонившуюся к стене фигуру. Молодая девушка с ярко-рыжими волосами чуть ниже плеч и выцветшими до пепельно-белого концами. На ней была белая блузка с серебряными пуговицами и узкие кожаные штаны, а на поясе висел длинный тонкий меч.
Но больше всего выделялись её карие глаза, или, скорее то, как они медленно прошлись по мне, от ботинок до белых волос, после чего она пренебрежительно закатила глаза.
Прежде чем я смог сделать что-то помимо обмена взглядами, девушка уже вышла из комнаты, а я снова отвлекся.
— Мистер Даррин! — раздался счастливый голос из комнаты за лестницей. Из неё появилась полная женщина с коричневым цветом волос, вытирающая руки полотенцем.
— Извините, я не услышала, как открылась дверь.
Даррин тепло улыбнулся ей, однако его взгляд задержался на проходе, где исчезла девушка.
— Нет проблем, Соррел. У нас на вечер гости.
Женщина присела в реверансе, её густые вьющиеся каштановые волосы обрамляли круглое лицо.
— Моё почтение! Следует ли накрывать на стол, мистер Даррин?
Живот Аларика громко заурчал в ответ, и тот одобрительно похлопал по нему.
— Не обращай внимания, где вы прячете мою прелесть? — не дожидаясь ответа, старик решительно зашагал прочь.
Покачав головой от действий своего друга, Даррин сказал:
— Почему бы тебе сначала не показать Грею ванную комнату? — повернувшись ко мне, он добавил — Я полагаю, ты давно не принимал теплую ванну, да?
***
Экономка Даррина с энтузиазмом повела меня вглубь особняка, пока я не оказался в месте, которое на первый взгляд могло показаться пещерой. Стены ванной комнаты были сделаны из скалистого камня, а сама ванна вырезана в гладком камне пола «пещеры». После того, как Соррел ушла, я некоторое время осматривал комнату.
Помимо ванны, в стене находилось зеркало, ряд вешалок и крючков для одежды, и ниша размером с человека, чьё назначение я не мог понять, пока не нашел маленькую медную кнопку рядом с ней.
Когда я нажал на кнопку, она щелкнула, и по телу прошлась волна тепла. Я сунул руку, ощутив внутри сухой и теплый воздух.
Повторное нажатие на кнопку выключило устройство.
— О-о, шикарно, — восхищенно сказал Реджис.
Обратив своё внимание на ванну, я обнаружил ряд кнопок, расположенных по краю. За время моей жизни в качестве Короля Грея я полюбил принимать тёплые соляные ванны. Роскошь, которой я лишился с тех пор, как переродился на Дикатене. Поэтому, когда я увидел кнопку с надписью «Соляная ванна», я понял, что сначала должен попробовать именно её.
С нажатием кнопки, тёплая вода начала просачиваться из стенок каменной ванны, заполнив её, прежде чем я закончил снимать простую одежду, оставшуюся после суда.
Погружаясь в воду, несмотря на тепло, по моей спине пробежал холодок.
— Когда я в последний раз наслаждался такими элементарными удобствами? — я задумался, откинув голову назад, вода закрыла мои уши, заглушая все звуки, помимо моих мыслей.
И Реджиса:
— Город Маэрин был не так уж плох, но это было примерно лет сто назад, да?
Я рассмеялся и плеснул немного воды себе в лицо. Смахнув остатки воды, я ответил:
— И правда похожее ощущение. Хочешь выйти ненадолго?
Реджис выпрыгнул из моего тела и встал у бассейна. Он потянулся, раскинув лапы вперёд и широко зевнул.
— Знаешь, иногда я забываю, как здесь тихо, когда у меня в голове всё время не крутятся твои мрачные мысли.
— Я не мрачный, — буркнул я в ответ, глядя на своего спутника из-под полуприкрытых век.
Реджис фыркнул, неторопливо сделал круг и лёг.
— Ладно, принцесса.
Толчком я послал волну теплой воды, нисходящей брызгами за край ванны, намочив моего спутника. Он вскочил, брызгая слюной от негодования.
— Я только-только устроился поудобнее!
Теневое пламя, мерцавшее вокруг его гривы, вспыхнуло, мгновенно высушив его, и он нашёл себе другое место, где устроиться. Он зевнул и потянулся своими длинными конечностями, после чего спросил:
— Ну и что теперь?
Мои глаза медленно закрылись.
— Прямо сейчас? Давай дадим себе несколько минут, чтобы расслабиться, а затем выясним, что у Аларика и его друга в рукаве.
Вскоре после этого я почувствовал, как тяжёлый туман сна окутал меня. Хоть я и не нуждался во сне, но мне понравилась идея задремать на некоторое время, и я не боролся с ней.
Звуки скандирующей толпы доносились со всех сторон, как шум волн, разбивающихся о скалы. Они звучали далекими и приглушенными, словно находились очень далеко.
Медленно открыв глаза, я огляделся. Я стоял на квадратной дуэльной площадке, окруженный трибунами, которые были заполнены знакомыми лицами: Клэр Блейдхарт и остальные члены дисциплинарного комитета, Копья, Жасмин и Рога-Близнецы, Вирион, короли и королевы Совета Дикатена, старейшины, которые обучали меня четырем стихиям, леди Вера, директор Уилбек, Каэра, Элли вместе с Сильви в форме белой лисы на коленях, мама… папа.
Кое-кто ещё присутствовал на дуэльной площадке — Сесилия. Она протянула руку, и меч с двойным лезвием в ней засветился пучками горячего белого света, гудящего смертоносной энергией.
Я низко поклонился Сесилии, однако она лишь сердито посмотрела в ответ и ринулась вперёд через площадку, оставляя после себя след света от оружия. Я было поднял Балладу Рассвета, чтобы блокировать атаку, но бирюзовый клинок разлетелся в моей руке, а оружие Сесилии глубоко вонзилось мне в плечо, вызвав острую, жгучую боль.
На мгновение мы оказались лицом к лицу, и её бирюзовые глаза злобно сверкнули.
Она выдернула клинок из моего плеча и развернулась, направив конец мне в живот. Я попытался найти эфирные пути для Божественного Шага, чтобы увернутся, но их не было.
Клинок вонзился мне в живот и вышел из спины.
Позади Сесилии кто-то бежал в нашу сторону по длинному туннелю. Хотя он и находился чуть ли не в миле от меня, но я смог встретится взглядом с Нико, чей взгляд был наполнен ненавистью и ужасом, и я почувствовал, как моё сердце начало покрываться толстым слоем льда, распространяя холодную отстраненность, которую я познал, будучи королём Греем.
Сесилия выдернула свой клинок крутанув им в руке, золотисто-зелёный свет, исходящий от него, затмил мой взор и осветил застывшие лица аудитории. Луч чистого света поднял её над дуэльной площадкой, а затем направив клинок на мою грудь, словно копьё, она устремилась ко мне.
Сцена застыла. Встав, я сжал в руке Рассветную Балладу — вновь целый полупрозрачный бирюзовый клинок, преломляющий свет и испускавший сине-зелёные лучи, что танцевали по дуэльной площадке. Нико, бежавший к нам издали был единственным, кто двигался, помимо меня.
И история повторилась…
Сесилия снова двигалась, кометой обрушавшись на меня. Когда наши клинки столкнулись, появилась ударная волну, что уничтожала площадку, трибуны, арену и стерев зрителей (всех знакомых из обеих моих жизней) в облаке пыли.
В месте, где мой клинок пронзил грудь Сесилии он сиял неистовым аметистовым светом. Но это была Тесс, а не Сесилия, она подалась вперед и её тело упало на меня, кровь хлынула на мои руки, быстро окрашивая дуэльную площадку в красный цвет.
Мой рот открылся в попытке закричать… что-нибудь, что угодно, но слова застряли в горле, как если бы меня душила гигантская рука. Единственное, что я мог — парализовано смотреть, как в её глазах меркнет свет.
Она коснулась моего лица проведя кончиками пальцев по щеке и губам.
Ледяная хватка, сжимавшая мою грудь, исчезла, и я резко открыл глаза.
С тяжелым, придушенным дыханием я вылез из соляной ванны и перекатился на пол.
— Эй! — рявкнул Реджис, когда я послал волну воды из ванны, расплескавшуюся по пещерному полу. — Что я такого сделал… Погодь, ты в порядке?
— В порядке, — пробормотал я, усиленно потирая лицо. — Просто плохой сон.
— Хочешь поговорить о нём? — спросил он, положив подбородок на лапы.
— Не очень, — сказал я, поднимаясь на ноги, сцены из сна уже начали мутнеть и искажаться, за исключением моих рук, запятнанных в крови Тесс.
Я найду тебя, Тесс. Обещаю.
— И это всё? — наконец сказал я. — Ты просто надеешься, что люди… передадут дальше?
Даррин бросил быстрый взгляд на Аларика, прежде чем повернуться ко мне, его глаза заблестели, а на лице снова появилась мальчишеская улыбка.
— Ладно, есть ещё кое-что…
