Голос Голос Ли Цзыхуа, наполненный тяжестью, хотя и был тихим, заставил Лунный Дворец содрогнуться. Поднявшаяся звуковая волна остановила кровавое море, окружавшее Багровую Матерь.
Сюй Цин и остальные вздохнули с облегчением и быстро отступили.
Они прекрасно понимали, что в предстоящей битве им не место. Даже культиваторы стадии Наполнения Души не имели права вмешиваться.
На кровавом море Багровая Матерь оставалась бесстрастной. В её пустых глазах вспыхнули два кроваво-красных огня. Она смотрела на Ли Цзыхуа, казалось, ничуть не удивляясь его пробуждению и появлению.
— Сюань Ю ушёл, времена изменились. Ли Цзыхуа, твоё пробуждение бессмысленно.
Багровая Матерь заговорила спокойным, ровным голосом, лишённым каких-либо эмоций.
Эта сцена по-разному воспринималась разными людьми.
Каждый видел то, что позволяло ему вынести его восприятие. Например, наследный принц и другие видели Багровую Матерь как смесь человека и перьев, ещё более ужасающую, зловещую и пугающую.
А огонь в её глазах казался им не пламенем, а двумя извивающимися звёздами.
Так выглядел Бог. Из-за высокого уровня его бытия, в глазах смертных он принимал бесчисленные обличья.
Поэтому, если бы Бог захотел уничтожить мир, ему достаточно было бы явить свой истинный облик, и смерть неминуемо настигла бы всех.
Это также показывало ужасающую природу Разрушенного Лика Бога, ведь все живые существа, независимо от уровня культивации, видели его одинаково.
Голос Багровой Матери, подобный раскатам грома, обрушился на Сюй Цина и остальных, лишая их всякой воли к сопротивлению.
Наследный принц и другие использовали все свои силы, чтобы выдержать это.
Сюй Цин, не колеблясь, достал комок глины и сжал его в руке.
Это был подарок лисы.
Капитан тоже быстро достал волос — знак высшего божества Юэ Янь. Хотя она пришла и ушла, капитан всегда хранил этот волос.
Только Ли Цзыхуа не нуждался в защите. Он молча стоял в Лунном Дворце, глядя на Багровую Матерь. Через некоторое время он тихо произнёс: — Миссия продолжается.
Эти слова, казалось, задели Багровую Матерь. Из её тела хлынула кровь, шипы терновника сжались сильнее, а из бесчисленных Цветов Иного Берега, распустившихся на кровавом море позади неё, раздался злобный рык.
— Миссия? Миссия Сверкающих Небес или Глубокой Земли?![1]
— Ли Цзыхуа, неужели ты забыл то, что произошло на Сверкающих Небесах?
— Мы рождены богами. Кто запечатал наших предков, лишив потомков их божественного статуса?
Ли Цзыхуа закрыл глаза. Через долгое время он покачал головой.
— Я не забыл.
Тело Багровой Матери вспыхнуло кроваво-красным светом. Она сделала шаг к Ли Цзыхуа.
— Кто воздвиг на нашей божественной земле так называемый Небесный Путь, чтобы подавить нас?
— Кто заточил нас под землёй Древней Славы, построив на нашей божественной земле мир культиваторов?!
Пока эхом разносился её голос, облик Багровой Матери в глазах Сюй Цина начал меняться. Её прекрасные черты лица распадались, а кроваво-красные перья постепенно заменяли плоть.
Она продолжала говорить.
— Ли Цзыхуа, я выбрала путь обожествления, и в этом нет ничего плохого. Ты, когда уходил, был таким же, как я. Но почему ты потом погасил Божественный Огонь, предав нашу кровь?!
— Ты пришёл с Сверкающих Небес, но стал Глубокой Землёй!
— Я пришла с Сверкающих Небес и по-прежнему представляю Сверкающие Небеса!
Произнеся эти слова, Багровая Матерь оказалась перед Ли Цзыхуа. В глазах Сюй Цина её тело резко изменилось, женский облик полностью исчез, превратившись в ужасающую массу плоти и крови.
Все перья расправились, открывая внутреннюю часть этого существа. Там… зияла огромная глазница без глазного яблока, из которой лились потоки крови.
Ли Цзыхуа молча выслушал слова Багровой Матери и, вздохнув, поднял правую руку и нажал на небо.
Небосвод раскололся на бесчисленные осколки.
Каждый осколок, падая, менялся, излучая невероятную мощь, и превращался в призрачные образы.
Среди них были солнце, луна и звёзды, драконы и фениксы, различные древние духи, и даже Золотая Ворона.
С их появлением, с высвобождением энергии, от этих осколков исходила мощь императорских техник.
Все они были императорскими техниками различных рас, числом не менее десяти тысяч.
Ли Цзыхуа призвал их одним движением руки.
В момент появления эти десять тысяч императорских техник проявили свою истинную сущность. Внутри каждого призрачного образа, словно освобождаясь от печати, возникали запретные артефакты.
Различное оружие, предметы, в том числе и копьё разрушения, которое Сюй Цин видел внутри Золотой Вороны, теперь предстали перед ним на небе.
Это было запретное оружие!
Их появление вызвало ужасающие колебания энергии, после чего они обрушились на Багровую Матерь!
Ещё внутри Золотой Вороны Сюй Цин почувствовал тайну императорских техник. Он знал, что каждая из них — это печать, сдерживающая то, что Небесный Путь не допускает.
Теперь он увидел это своими глазами, и его сердце затрепетало.
Такая сила была немыслима, недоступная даже на стадии Наполнения Души.
Это была мощь, которой обладали только Повелители.
И атака Багровой Матери, и контратака повелителя Ли Цзыхуа выходили далеко за пределы понимания присутствующих. В следующее мгновение Сюй Цин и остальные, изрыгая кровь, отшатнулись с ужасом на лицах.
Картина перед их глазами, в зависимости от уровня восприятия, изменилась.
В глазах Сюй Цина исчезли и Ли Цзыхуа, и Багровая Матерь. Разрушенный небосвод был заменён гигантской картиной.
Картина была написана двумя цветами: красным и белым.
Эти два цвета переплетались и в то же время были чётко разделены, вращаясь на небе и образуя огромный вихрь.
В центре вихря находился открытый белый глаз без зрачка, на месте которого билось кроваво-красное сердце, издавая громоподобные звуки.
Вокруг глаза росли бесчисленные ресницы, похожие на щупальца, которые постоянно извивались и переплетались, образуя размытые тени третьего цвета.
Это был чёрный цвет, подобный тени, неправильной формы. Появляясь, тени тут же поглощали друг друга.
Так выглядела битва богов в глазах Сюй Цина.
Поскольку эта битва превосходила его уровень восприятия, сражение повелителя Ли Цзыхуа и Багровой Матери предстало перед ним в виде абстрактной картины.
Красный цвет на картине представлял Багровую Матерь, белый — Ли Цзыхуа.
А третий цвет Сюй Цин не понимал. Казалось, это были тени Ли Цзыхуа и Багровой Матери.
Это напомнило Сюй Цину о его собственной тени.
— Малыш А-Цин, запомни эту картину. Это столкновение двух вершин бытия: культиватора и Бога! — пробормотал капитан рядом с Сюй Цином, крепко сжимая волос Юэ Янь и заворожённо глядя на небо.
— Одна сторона — это воплощение совершенствования, доведённого до предела.
— Другая — это выбор пути обожествления, источник великого бедствия континента Древней Славы.
— Совершенствование первой стороны — это путь к вершине бытия. Культиваторов, достигших предела, называют по-разному: в некоторых вселенных их называют Почтенными, в других — Бессмертными. На континенте Древней Славы таких совершенствующихся называют Повелителями.
— Это то, к чему стремится каждый культиватор, о чём он мечтает.
Голос капитана, донёсшийся до Сюй Цина, был полон мудрости и печали прожитых лет.
— Младший брат, знаешь ли ты, что на континенте Древней Славы есть ещё более древняя легенда…
— Легенда? — встрепенулся Сюй Цин.
— Легенда гласит, что давным-давно континент Древней Славы был совсем другим. Здесь не было культиваторов, не было правил и законов, и, естественно, не было Небесного Пути. А культиваторы пришли из нижнего мира. Достигнув вершины совершенствования в нижнем мире, уровня Бессмертного, они путешествовали по бесчисленным вселенным и мирам, и ничто не могло им угрожать. Они управляли всеми правилами, постигли все первоисточники, перемещались во времени и пространстве, изменяли всё сущее и могли создавать жизнь.
Услышав это, Сюй Цин был потрясён.
Капитан продолжал, глядя на небо.
— Будь то Бессмертные или Повелители, они в определённой степени были бессмертны, жили вечно, и их мысли и желания изменились. Они искали источник истины, стремились расширить границы совершенствования. И в зависимости от опыта, знаний и идеалов, их пути различались. Некоторые Бессмертные ушли очень далеко, а другие остались на месте. Поэтому в те времена единственной угрозой для Бессмертных были они сами.
— Пока, продолжая свой путь… они не разрушили границы миров и не пришли из нижнего мира в верхний. Тогда в сознании Бессмертных появился Бог — другая крайность бытия. В тот момент всё изменилось.
— Им сказали, что бесчисленные вселенные и миры никогда не принадлежали культиваторам.
Будь то прошлое, настоящее или будущее, все определения, в конечном счёте, исходили от Бога.
— Это Бог разделил миры на верхний и нижний. Нижний мир — Глубокая Земля, верхний — Сверкающие Небеса. Лягушка в колодце — вот самое подходящее сравнение для культиваторов в тот момент.
— И тогда… началась война.
— Это была война Бессмертных и Богов, война нижнего и верхнего миров, война… Глубокой Земли и Сверкающих Небес.
Капитан замолчал.
Сюй Цин невольно послал мысленный вопрос: — И чем всё закончилось?
— В той войне Бессмертные победили, но и проиграли, — пробормотал капитан.
— Сверкающие Небеса пали, стали запретными и были запечатаны. Был воздвигнут Небесный Путь, правила были переписаны. Это было проявлением победы Бессмертных. Но именно тогда Бессмертные из нижнего мира узнали ужасающую правду.
— Бесконечные Сверкающие Небеса были лишь одним из миров Богов. А в этом бескрайнем верхнем мире таких миров Богов… было множество, и Сверкающие Небеса были лишь верхушкой айсберга, далеко не самой могущественной.
— Этот мир действительно принадлежал Богам.
Договорив, капитан повернулся и посмотрел Сюй Цину в глаза.
— А Ли Цзыхуа и Багровая Матерь… оба пришли из Сверкающих Небес.
1. Глубокая Земля упоминается в пятой книге автора «Мир на ладони». В этом звездном кольце и находилась Великая Вселенная, где обитали все предыдущие ГГ. Также был интересный диалог между Ван Баолэ и Ван Линем (ГГ пятой и первой книг):
— Вот оно как. Почтенный достиг пика Глубокой Земли, не хватает только одного шага, чтобы вступить на Сверкающие Небеса. Теперь понятно, почему вас нельзя запятнать кармой. В противном случае Сверкающим Небесам не на что надеяться.
— Не совсем. Сверкающие Небеса не имеют значения, но душа Императора не с Глубокой Земли. В отличие от тебя, стоит её запятнать, и Глубокая Земля принесет на Сверкающие Небеса катастрофу. Таков договор между двумя кольцами. Ты и сам это знаешь.
