↓ Назад
↑ Вверх
Ранобэ: Чистая любовь и Жажда Мести
Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     
Цвет текста
Цвет фона
«

Глава 261 - Буфетная вечеринка.

»


Аааа...

Марго-сан, Реика-сан и Секи-сан, с ними всё прошло хорошо...

Я ненароком забыл о Йошико-сан.

— Эм... это слуга Рурико, Комори Йошико-сан.

Я скромно представляю всем Йошико.

— Комори Йошико, к вашим услугам.

Йошико-сан приветствует всех с грустным лицом.

— А?! Йошико-сан  не войдет в семью?

Мана говорит это не к месту

— Да... вроде того...

Йошико-сан сказала, что хочет войти в семью!

— Но... я думаю, что она просто не хочет покидать Рурико.

Она не принимает ни меня, ни семью Куромори.

— Следовательно,  Рурико с Мисудзу отложили и этот вопрос на потом.

В случае Секи-сан... она сама неуверенна в решении...

С Йошико-сан же... мы решили за неё.

А значит — вопрос куда более тонкий.

— Но почему? Йошико-сан следует войти в семью тоже! Мана была бы очень счастлива, если бы Йошико-сан стала моей сестрой!

Ох...

— Мана...

Перебиваю я её.

— Просто заткнись и оставайся внизу подольше.

— Эм, но почему? Онии-тян!? В чем причина? Расскажи!

Мана понимает, что ляпнула какую-то глупость.

Это заметно по грусти Йошико-сан и озадаченности Рурико.

Хм...

Лучше не говорить, что Йошико-сан — внучка старика Кудзуки, что она двоюродная сестра Мисудзу и Рурико.

Я не должен о таком говорить собственной семье.

Если я так поступлю, то Йошико-сан не будет мне верить.

Прямо сейчас, Йошико-сан может спокойно жить как слуга Рурико, вассал семьи Кудзуки.

Если откроется её кровная связь с Кудзуки, то её втянут в споры о наследстве, прямо как Мисудзу и Рурико.

Следовательно, Кудзуки-сама, Мисудзу и Рурико пытаются дать Йошико-сан шанс выбирать её будущее.

Пока что мне не следует об этом упоминать.

— Я ничего не собираюсь объяснить Мане, если она будет так себя вести.

Твердо говорю я.

— Почему? Мы ведь семья?

Мана смотрит на меня.

— Разве я не сказал, что она пока что не семья нам? К тому же!

— Что такое, Онии-тян?

— Людям нужно давать время думать и взвешивать всё, прежде, чем требовать ответ. Если у кого-то в моей семье проблемы и нужно поговорить со мной, то я с радостью выслушаю. Будем говорить так долго, как потребуется, но... я не буду никого заставлять в стиле "Говори, что тебя беспокоит". Это неправильно!

— Но почему? Я бы наоборот постаралась поговорить с человеком, которому плохо!

Некоторым тяжело сделать первый шаг! Разве не лучше самим начать обсуждать проблему?

Говорит Мана.

— Мана-тян, так не годится.

Говорит ей Марго-сан.

— Почему?

— В таком случае, человек, с которым Мана попытается поговорить не станет сильнее. Он так и останется слабым ребенком, что цепляется за доброту Маны-тян!

— Разве это плохо... мы ведь семья!

— Потому и плохо!

Твердо произносит Марго-сан.

— Реика-онэээсан ты тоже послушай, ведь ты скорее всего будешь баловать младших сестренок больше всех.

— Да, я вся внимание.

Наверное, она приняла Марго-сан во время того как они создавали боевую команду.

Реика послушно слушает Марго-сан.

— Семья... это собрание людей. Соответственно, ты должна хотеть собрать вокруг себя как можно больше сильных людей, не так ли? Собрание слабаков — это жалкое зрелище. Особенно учитывая тот факт, что слабохарактерные раздражают остальных!

Спокойно произносит Марго-сан.

— Мана-тян... понимаешь,  люди должны решать вопросы сами.  Многие вопросы. Нельзя позволять другим решать за тебя. Так никогда не стать независимой...

— Но... Мы "семья". Если членов семьи что-то беспокоит... разве... мы не должны помочь?

Одиноко произносит Мана.

Марго-сан улыбается...

— Кацуко-сан, если кто-то в семье страдает, то как ты поступишь?

— Я приготовлю вкусную еду. И мы поедим вместе.

Отвечает Кацуко.

— А что насчет Нэи?

— Я... я бы заставила человека рассмеяться. Хотя бы щекоткой. Всё легче, когда смеешься.

Отвечает Нэи-сан.

— Я бы... занялась вместе спортом, или покаталась бы на машине.

Марго-сан смотрит на Ману с улыбкой.

— Мы, семья... всегда можем провести время вместе. Быть рядом. Но важно вот что...

Ух...

— Когда человеку плохо... главное просто быть рядом.

Больше ничего не нужно.

— Я....

Мана опускает взгляд.

— Мы семья, и всегда будем вместе... но каждый из нас должен сам руководить своей жизнью. ты понимаешь?

— Угу...

Мана едва заметно кивает.

— Мана...

Я присаживаюсь на уровень глаз Маны...

— Говорить, не думая, это твоя дурная черта. Нет ничего плохого в том, чтобы высказывать своё мнение, но... ты говоришь, и даже не задумываешься о том, что у неё на сердце. Это грубо!

Говорю я и смотрю Мане прямо в глаза.

— Верно. Даже Йо-тян не говорит лишнего. Он слушает как мы разговариваем... и высказывает своё мнение лишь, когда в этом есть смысл.

Говорит Нэи-сан, но...

— Нет, это потому что я идиот. Даже если хочу что-то сказать... слова просто выходят наружу. Я... почему-то не могу понять, что не так с другими людьми... не могу понять причину грусти. Поэтому и наблюдаю за ситуацией, пока не пойму всё наверняка.

— Это нормально. Только пустышки пытаются подхватить разговор с помощью своих эмоций, убрать дискомфорт. Из таких разговоров не выходит ничего толкового. Понять, в чем проблема, прежде, чем начать её обсуждать, это правильный подход.

Говорит Минахо-сан.

— Хорошо. Я сказала глупость, Онии-тян.

Мана смотрит на меня.

— Верно, извинись перед Йошико-сан.

— Да...

Мана смотрит в сторону Йошико-сан.

— Мне очень жаль, Йошико-сан.

Эта голая догедза — искренняя.

— Я-я...

Йошико-сан в шоке.

— Йошико-сан, прости Ману.

— Я... и не обижалась.

Говорит Йошико-сан, но...

— Нет, Мана-сан грубо повела себя с Йошико-сан. Нельзя вот так врываться в сердца других людей. Её нужно как следует наказать.

Говорит Мисудзу.

— Посмотрим... как насчет шлепнуть её по попке три раза?

Мисудзу смотрит на меня и улыбается.

Неужели?

— Я сделаю это?

— Прошу, Данна-сама.

Эм...

— Если вы не против, то может мне это сделать?

Мичи достает красный хлыст.

— Нет, если ты ударишь её этим, то задница Маны порвется в клочья!

— Лорд, а можно мне?

Хм... с силой Реики... она может и кости ей сломать...

— Нет, всё схвачено... я справлюсь.

Я поворачиваюсь к Мане.

— Становись на четвереньки... я буду шлепать тебя!

Хорошо!

Голая 14 летняя девочка выпячивает свою попку.

Я вижу её киску и анус под этим углом.

— Это наказание, так что не жалей её.

Удивленный, говорит мне "Его превосходительство".

Серьезно...

Раз так, то я не буду сдерживаться...

Я ударю её со всей силы!

— Начинаю... Мана!

— Хорошо... Онии-тян!

Первый удар...

— Хннн...

Мана терпит!

Второй!

— Уууу!

Третий!

— Уууууу!

Вот, всё!

Я тру красную попку Маны.

— Ты в порядке? Не болит?

Мана...

— Всё в порядке,  спасибо, Онии-тян.

Мана поднимает взгляд и краснеет.

— А?

— Если Онии-тян меня не бьет, то Мане грустно... словно про неё забыли.

— А-ага...

— Ты даже не сдерживался... думал о Мане, да?

— Не особо...

— Быть не может, Мана ощутила любовь Онии-тян!

Она чувствует любовь от того, что её бьют по заднице?

— Мана-тян... он всегда любит тебя, так что не важно, чем бы он ни занимался — всё, что он делает, он делает с любовью.

Говорит Марго-сан.

Но.. неужели?

— Дорогой, тебе нужно быть добрым после наказания. Это правило.

Говорит мне Нагиса.

Да... я знаю почему.

— Сейчас, Мана.

Я обнимаю её.

Глажу по спинке.

— Онии-тян, поцелуй меня.

— Угу..

Наши губы соприкоснулись... Мана ищет мой язык.

— Я-я завидую...

Кто это пробубнел... Мичи?

— Завидуешь чему? Поцелую или шлепкам?

Я думаю и тому, и тому... мы же говорим о Мичи.

— Теперь... наказание Маны-сан свершилось.

Мисудзу смотрит на Йошико-сан.

— Йошико-сан... ты пока что не в нашей семье, но...

— Мисудзу-онээсама... я буду говорить.

Рурико перебивает Мисудзу.

— Йошико...

Рурико протягивается за Йошико-сан.

— Да, Рурико-сама..

Она держит руку Йошико-сан.

Девушки держатся за ручки.

— Я решила отдать своё тело и сердце Куромори-сама. Однако, это не значит, что наша связь исчезнет.

Красотка... говорит своей восемнадцатилетней слуге.

— Прошу, продолжай служить мне и дальше.

— Да... я... конечно. Но...

Йошико-сан не понимает намерений своей хозяйки.

Рурико поднимает своё лицо и осматривает всех.

— Все... такие дела. Простите, но Йошико будет как Секи-сан, союзницей... вы принимаете её?

Комната притихает.

— Я не против.

Первой произносит Минахо-сан.

— Ничего ведь плохого в том, что она союзница, верно?

Марго-сан улыбается.

— Да, мы рады принять тебя!

Кацуко...

— Хм... я не против!

Нагиса.

— Хихихи! Пойдет!

Нэи-сан.

— Я не против...

Мегу... веселее.

— Одобряю.

Мичи как всегда очень строгая.

— Я тоже принимаю тебя.

Реика.

— Эм... я пока что не член семьи... так что... эм... хорошо?


Секи-сан.

— Как я могу быть против? Решайте сами!

"Его превосходительство".

Осталась только...

— Эй, Мана... как считаешь?

— Мана... считает, что Йошико-сан — союзница с самого начала! Было бы странно, если бы я сейчас сказала, что она нам не друг!

Даже после того, как её отшлепали... Мана не перестает высказывать свои мысли.

Ну, это мнение имеет место быть.

Теперь... я...

— Я тоже так думаю... Йошико-сан — наш друг.

Йошико-сан...

— Спасибо огромное, все вы...

Крепко сжимая руку... она счастливо отвечает.

— Хм... ни о ком не забыли?

Спрашивает Нэи-сан.

— Хм, где мой ребенок?

Нагиса паникует.

Кстати да,я тоже не вижу Мао-тян.

Как и Юкино...

Они до сих пор играют в прятки под столом?

— Эй, эй... все... вот они!

Мао у двери в конце просторной комнаты.

— Мао, не ходи никуда без разрешения!

Нагиса ругает Мао-тян.

— Эхэхэ! Но в той комнате еда!

Еда?

 

— Верно!  Всё готово для буфетной вечеринки, но... можно ли здесь есть?

Показывается Юкино из-за двери, которую открыла Мао-тян.

Ты...

Что ты делаешь?

— Серьезно, какая грубиянка!"

Мана оскорбляет свою сестру.

— Ну... из-за её внешнего вида и макияжа, иначе как посмешищем её не назовешь...

Как будто ей всё в этом мире сойдет с рук...

— Ох... я велел приготовить еды. Все, пройдемте.

Говорит "Его превосходительство"...

Кстати, он же говорил, что нас ждут закуски?

— Все, должно быть, проголодались!

Говорит "Его превосходительство"...

◇ ◇ ◇

Соседняя комната предназначена  для вечеринок.

Верно... готова еда.

Но... это слишком роскошно, как для закусок...

Разнообразная еда... в огромных количествах.

Мы же не можем есть это всё одни, верно?

— Мы уже эвакуировали всех поваров и официантов... простите, если мало... и за то, что нет горячей еды. Что же до напитков, то вы можете налить их сами.

Говорит нам старик.

— Хорошо, тогда сначала... давайте выпьем!

Когда дело доходит до еды, Кацуко начинает за всеми ухаживать.

Они с Нагисой раздают всем стаканы.

— Наливайте напитки сами... Шиге-тян, что вы будете?

— Лучше удержаться от алкоголя.

Отвечает он Нагисе.

— Одна чашечка ведь не повредит, не так ли? Мы не боевая команда, так что я выпью чашечку. Нэи-тян, ты уже выбрала вино?

— Ох... Нагиса, я хочу вот это!

Нэи-сан умело открывает бутылку вина.

— Тогда... я выпью тоже.

Вино пить будут : "Его превосходительство", Минахо-сан, Кацуко, Нагиса и Нэи-сан.

Оранжевый сок: Марго-сан, Реика, Секи-сан, Мичи.... боевая команда.

Чай улон: Мана, Мегу, Рурико и Йошико-сан.

Холодный чай: Я и Мисудзу.

Холодный кофе: Юкино и Мао-тян?!

— Мао-тян, ты пьешь кофе?

Спрашиваю я...

— Только с кучей молока!

— Ты предпочитаешь café au lait?

— Kafeore?

Мао-тян склоняет голову.

— Дорогой... добавь в молоко немного кофе. И много сахара.

Нагиса говорит мне сбоку.

— Ох... да...

Я делаю кофейное молоко для Мао-тян.

— Ихихи... кофе, кофе!

Это кофе для Мао-тян.

— Девочка пытается подражать взрослым.

Говорит Нагиса глядя на любимую дочку.

— Поднимем бокалы!

Кацуко решает убедиться:

— Прежде, чем произнести тост... "Его превосходительство" хочет что-нибудь сказать?

— Не обращайте внимания на меня, Кацуко-кун... меня взяли в семью только из жалости. Такие Оджи-тян, как я, не должны говорить перед настоящей главой дома.

Сказав это, он смотрит на Минахо-сан.

Да... глава семья — Минахо-сан.

— Тогда, госпожа... прошу

— Эм... я?

Минахо-сан озадаченно смотрит на всех

— Хорошо... это наш первый семейный ужин. Все, давай укрепим наши взаимоотношения. Поговорите со всеми... и насладитесь этим.

Затем... Минахо-сан смотрит на меня.

— Тост я предоставлю тебе!

— Эм... мне?!

— Верно... может я и глава этой "семьи", но ты — её ядро, верно?

Глаза всей семьи нацелены на меня.

— Данна-сама, прошу!

— Онии-тян, поскорее!

— Хозяин, прошу!

— Йо-тян, давай!

Аааа... ну что ты будешь делать.

— Все, прошу, поднимите свои бокалы!

Руки с бокалами летят вверх.

Я думал сказать что-то заковыристое, но ничего не придумал.

Думаю, тогда сделаем по-простому.

— Ну... будем!

— Будем!

Семейная буфетная вечеринка начинается.

— Мы пьем... едим.

Ох... Секи-сан и Йошико-сан пока что никому не открылись.

Но, Кацуко и Мана активно разговаривают с ними.

И наоборот... Реико весьма воодушевлена.

С ней разбираются Марго-сан, Нэи-сан и Мичи.

Я переживаю из-за до сих пор грустной Мегу, но...

К тому же, боль младшей сестренки проходит незамеченной для остальных...

Юкино стоит позади грустной Мегу.

— Всё в порядке, положись на меня.

Шепчет мне Нагиса.

— Я думаю, что с такими делами лучше разбираться старшим сестрам!

Ух... я лишь привлеку ненужное внимание, если пойду разбираться с ней сам.

Мегу тоже это может насторожить.

— Тогда я доверюсь тебе, Нагиса.

— Отлично! Вперед, Мао!

— В атакууууууу!

Мао-тян... где ты этому научилась?

— Данна-сама... подай стул дедушке.

Шепчет мне Мисудзу.

Верно... старику лучше не стоять.

— Хорошо!

Стулья построены стоят в ряд у стены комнаты...

Я беру один в спешке.

— Вот... Кудзуки-сан.

— Ох, спасибо!

"Его превосходительство" смотрит на меня и садится...

— Может прекратишь называть меня Кудзуки-сан?

Эм...

— Мы семья, верно? Может на людях это и не видно, но здесь — слишком формально.

— Что?

— Если ты будешь вести себя со мной формально, то и девочки начнут...

Верно...

Даже сейчас, все, кроме Мисудзу, боятся подходить к "Его превосходительству".

— Тогда... я могу называть вас дедуля?

— Дедуля?

— Мой дедушка со стороны мамы... плохой человек. Он уже мертв, но когда я говорю "Дедушка", то вспоминаю его...

Хм...

— К тому же, я любил свою бабушку со стороны отца, дедушку с его стороны я не видел... вот и подумал, что дедуля подойдет.

"Его превосходительство" смотрит на меня.

— Ты честный до безобразия... даже не пытаешься мне угодить.

Это... да.

Называть главу дома Кудзуки дедулей...

— Простите...

— Нет, всё хорошо. Просто отлично. Оставайся таким, мне это очень нравится.

Кудзуки-джитян смеется и пьет вино.

— Дедушка... хочешь еще вина?

— Нет, с меня довольно... Мисудзу, принеси мне холодного чаю. А еще какой-нибудь еды к нему.

— Да, дедушка.

Мисудзу отходит от нас.

Я....

— Э-это нормально...?

— Хм... что тебя беспокоит?

— Угхм... могу ли я быть ядром этой семьи... это нормально?

Семья счастливо ест.

Честно говоря... я не уверен.

Дедуля смотрит в моё лицо.

— У тебя есть банкнота в десять тысяч йен?

— А?

Я проверяю карманы.

Достаю банкноту.

— Есть... а что?

— Позволь.

Я передаю банкноту Джи-тян.

— Позволь спросить... это банкнота в десять тысяч йен стоит десяти йен?

— Что?

Я не понимаю.

— На деле... она стоит даже меньше десяти йен. Это всего лишь бумага. С другой же стороны — монетка в одну йену, стоит дороже... она алюминиевая.

Кстати говоря, это так.

— Тогда кто решил, что этот кусок бумаги стоит десять тысяч йен? Почему люди по всему миру считают, что это стоит десять тысяч йен?

Ну...

— Все доверяют государству Япония, что выпустило эту купюру. Они верят Японии, а значит эта банкнота стоит десять тысяч йен. Таковы правила финансовой экономии.  И если Япония падет... то чтобы не было написано на этой бумажке — её ценность исчезнет.

Ага...

— Мы... в семье. Все верят и ценят тебя.

— Я? Но у Минахо-сан есть власть и сила, верно?

— Если бы дело было только в Минахо-кун... то я бы не присоединился к вам. Мисудзу и Рурико верят во всё это из-за тебя, ты понимаешь это?

— Да.

— Ты честный до мозга костей, поэтому мы тебе и верим. Однако, ты не дурак. Избегаешь людей с дурными намерениями... тебя не уносит течение. Если тебе кажется, что кому-то будет безопаснее с тобой... то ты склонен им верить.

— Ну... не то чтобы все мне настолько доверяли.

Дедуля смеется.

"Ты не понимаешь." — говорят его глаза.

— Если бы ты не был ядром, меня бы не было в этой семье. Минахо-сан бы тоже не приняла меня, если бы ты не ручался.

Неужели?

— Мы с Минахо-кун выжили в этом мире потому что вечно сомневались. Если бы не ты, то никакая семья бы не сформировалась.

— Я тоже так считаю

Мы оборачиваемся... там стоит Минахо-сан.

— Вот, дедушка, еда и напитки.

Мисудзу тоже вернулась.

— Как раз вовремя.... может теперь поговорим о серьезных вещах?

Мисудзу улыбается дедушке и Минахо-сан.

Мисудзу, о каких еще серьезных вещах?



>>

Войти при помощи:



Следи за любыми произведениями с СИ в автоматическом режиме и удобном дизайне


Книги жанра ЛитРПГ
Опубликуй свою книгу!

Закрыть
Закрыть
Закрыть