↓ Назад
↑ Вверх
Ранобэ: Вечная Воля
Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     
Цвет текста
Цвет фона
«

Том 1. Глава 133. Не стоит даже пытаться, малыш...

»

Бай Сяочунь высунулся наружу и увидел, что за границей магической формации стоит большой чёрный пёс. Он гордо держал лапу на спине у бдительной чёрной кошки. Голубоглазая кошка казалась очень измождённой и пребывала в плачевном состоянии. Чёрный пёс посмотрел на Бай Сяочуня и гордо взвыл. Бай Сяочунь тут же открыл магическую формацию, и пёс стремительно ринулся к цветку Рождения Зверя. Бай Сяочунь был застигнут врасплох и подумал, что иллюзия, которую проживает в цветке чёрный пёс, должно быть, очень необычная.

"Он действительно хочет убить себя?" — засомневался он. Затем он подошёл к голубоглазой кошке и после быстрого осмотра убедился, что она просто сильно устала, но нигде не ранена. Схватив её, он пошёл на задний двор.

Через какое-то время… После того, как чёрный пёс внёс свой вклад десять раз, Бай Сяочунь вышвырнул его прочь. Он даже начал переживать, что пёс слишком часто вносит свой вклад квинтэссенции для пробуждённой крови предков и это может помешать его плану создания непревзойдённого боевого зверя. Что, если в итоге цветок Рождения Зверя даст жизнь… большому чёрному псу? Сама мысль об этом заставила его забеспокоиться и решить больше не подпускать чёрного пса к цветку. Без дальнейшего промедления он закинул голубоглазую кошку в цветок Рождения Зверя.

Следующие полмесяца пёс вёл себя примерно. Он часто приносил подчинившегося ему зверя, потом лаял, пока Бай Сяочунь не открывал ему дверь, и в нетерпении ждал, пока ему дадут войти. Бай Сяочунь хотел отказать, но каждый боевой зверь, что приносил пёс, был просто неимоверным.

"Этот пёс просто бог! Всех этих зверей я сам заприметил, но не мог достать. Их хозяева хранили их либо в своих сумках выращивания зверя, либо в своих пещерах бессмертных".

Бай Сяочунь просто не мог от такого отказаться. Чёрный пёс знал, чем тронуть сердце Бай Сяочуня: каждый боевой зверь, принесённый им, потрясал. Дошло до того, что однажды он принёс боевого зверя одного из старейшин Вершины Заходящего Солнца. Наконец Бай Сяочунь осознал, что это значило, и у него появился только один вопрос:

"Проклятье, как давно этот чёрный пёс преследовал меня?.."

Вздохнув, он посмотрел на пса, тихо лежащего рядом с цветком Рождения Зверя, и понял, насколько тот умён, силён и быстр. Если бы не всё это, ему бы никогда не удалось раздобыть таких боевых зверей.

"Хорошо, хорошо. Бедняга. Учитывая, сколько раз я тщетно пытался достать этих зверей и как ты всегда приносишь мне тех, о ком я мечтал, думаю, что можно позволить тебе внести вклад ещё несколько раз. Однако нельзя позволять этому зайти слишком далеко. Для твоего же блага".

После этого Бай Сяочунь покачал головой и обратил своё внимание на четыре горные вершины.

"Мне нужны ещё сильные боевые звери… Скорее всего, лучшим выбором будут четыре зверя-хранителя с вершин гор".

Облизав губы, он оставил дом почётного стража и отправился к пещере у Древнего Звериного ущелья, чтобы перегнать немного пилюль.

К этому времени многие ученики северного берега начали что-то подозревать. Их боевые звери очень странно себя вели, иногда принимаясь кричать посреди ночи. Особенно это касалось чёрной голубоглазой кошки, которая, казалось, кричала громче всех. Иногда она, похоже, вспоминала что-то из прошлого, становясь в своих мечтах королевой зверей. Даже когда она выла, её голос был более властным, при этом не давая спать всем в окрестностях. Больше всего переживала её хозяйка, которая не могла понять, что происходит с её боевым зверем. И подобное стало очень часто повторяться повсеместно на северном берегу… Постепенно ученики начали расследование, ища причину…

Через несколько дней Бай Сяочунь вылез из своей пещеры для производства лекарств, перегнав кучу лекарственных пилюль для привлечения диких зверей. Когда настала ночь, он поспешил на Вершину Лепестков Ириса. Добравшись до самой верхушки, он с нетерпением взглянул на пещеру, потом, желая поскорее узнать, сработает ли его задумка, он кинул туда лекарственную пилюлю третьего ранга. Почти сразу, как пилюля попала в пещеру, она вылетела обратно с большой скоростью и ударила его в грудь с такой силой, что, если бы не его невероятно прочная кожа, ему бы пробило грудную клетку. Он расстроился и отошёл назад на несколько шагов. В это же время из пещеры высунулась голова семицветного феникса, и он воззрился на Бай Сяочуня с презрительной ухмылкой.

Конечно, он смеялся не над Бай Сяочунем, а над тем, что ему кинули лекарственную пилюлю. Очевидно, что он хотел показать, что не принимает лекарственные пилюли от незнакомцев. Глаза Бай Сяочуня расширились, и он сухо кашлянул. Пытаясь выглядеть как можно более очаровательно, он сказал:

— Уважаемый феникс, эта лекарственная пилюля очень полезна… Если она вам не нравится, ничего страшного. Но если вы пойдёте со мной, то я покажу вам место, где исполнятся все ваши мечты.

Однако феникс просто взмахнул крыльями и оттолкнул Бай Сяочуня так далеко, что тот чуть не свалился с утёса. С быстро бьющимся сердцем он чудом избежал падения. Семицветный феникс угрожающе глянул на него и медленно вернулся обратно к себе в пещеру.

"Хорошо, хорошо. Этот семицветный феникс слишком заносчивый. Пойду-ка я на Вершину Заходящего Солнца к трехглазому ворону. У него характер гораздо лучше".

Чувствуя надвигающуюся головную боль, он принял решение и отправился на Вершину Заходящего Солнца, где опробовал тот же подход на пещере трехглазого ворона. Однако после того, как прошло время горения половины палочки благовоний, Бай Сяочуня вдруг обуял такой ужас, что он тут же сбежал. За ним по пятам гналась чёрная вспышка света — трехглазый ворон, который спровадил его с горы и гордо вернулся к себе в пещеру.

"Ненавижу птиц! Хм! У них такой вздорный характер. Птица старейшины Чжоу даже открыто ложно обвинила меня однажды!"

Он почувствовал, что птицы так несправедливо задирают его, в то время как он безвозмездно кормит их пилюлями. Однако он не мог отказаться от мечты о непревзойдённом боевом звере. Поэтому он обратил свой взгляд на Вершину Небесного Свода.

"Эта большая ящерица, похоже, очень хорошо себя ведёт. И она такая толстая, значит, скорее всего, у неё отличный аппетит… Может быть, там у меня получится лучше".

Воспрянув духом, он поспешил на Вершину Небесного Свода. Но прошло не так много времени, как он вернулся, хмурясь, в разорванной одежде с висящими лоскутами. Ящерица полностью проигнорировала его, когда он кинул пилюлю. Но он не вытерпел и бросил ещё несколько, тут-то ящерица и полоснула его своей лапой. Ему пришлось в ужасе сбежать невредимым, но в разорванной одежде и с потрёпанным видом.

Последним духовным зверем-хранителем был призрак горы Вершины Призрачного Клыка. Бай Сяочунь сомневался до самого вечера следующего дня. Но в конце концов он рассержено топнул и отправился на Вершину Призрачного Клыка. Он обнаружил, что призрак горы самый терпеливый из всех зверей-хранителей. Он полностью игнорировал Бай Сяочуня, словно тот не существовал, и не обращал никакого внимания на пилюли. Прождав безрезультатно полночи, Бай Сяочунь ушёл. Но он вернулся на следующую ночь, а потом на третью, пока наконец не сдался, чуть не плача.

"Все четверо зверей-хранителей полностью презирают меня!"

Пока он сидел и тихо горевал в своём доме, весь северный берег стоял на ушах. Исключением были только те, кого Бай Сяочунь никак не мог разозлить — те, кто хранил своих зверей в сумках выращивания зверей. Все остальные ценные звери уже сделали свой вклад. Даже большинство зверей старейшин уже побывали у цветка при помощи чёрного пса. Однако единственная неудача с духовными зверями-хранителями повергла Бай Сяочуня в печаль. Особенно учитывая, что совсем скоро цветок Рождения Зверя должен был отцвести.

– Я хочу, чтобы мой зверь стал неимоверно сильным, но четыре духовных зверя-хранителя не желают мне помочь. Тогда, наверное, нужно найти зверя ещё сильнее, чем они. Кто в секте могущественнее их… Секундочку, — бурча себе под нос и рассуждая на эту тему, он вдруг вздрогнул и блестящими глазами посмотрел в сторону Древнего Звериного ущелья. — Единственный зверь, который сильнее духовных зверей-хранителей… это священный зверь-хранитель секты! Чернильный дракон Небесный Рог… Если я смогу сделать так, что этот дракон внесёт свой вклад, то этого точно будет достаточно!

Тяжело дыша от волнения, он начал собирать свои мысли в кучку.

– Если подумать, то я в хороших отношениях со священным зверем-хранителем. Я даю ему лекарственные пилюли с тех самых пор, что появился здесь… Хотя я никогда не видел чернильного дракона Небесный Рог, он никогда не мешал мне перегонять лекарства поблизости. Это значит… что он меня одобряет!

Чем больше он об этом думал, тем это казалось разумнее. Обрадовавшись ещё сильнее, он привёл в порядок всё в бездонной сумке, глубоко вздохнул и взмахнул рукавом, отправляясь в сторону Древнего Звериного ущелья. Он мчался в хорошем расположении духа, готовый на риск ради исполнения своей мечты — вырастить непревзойдённого боевого зверя.

Скоро он уже стоял у края водопада, что ниспадал в Древнее Звериное ущелье. Внизу была непроницаемая тьма, чёрный туман клубился повсюду. Пока он стоял на краю, его руки и ноги покалывал холод, который, казалось, идёт из самых глубин ущелья. Он слегка задрожал. Боясь упасть, он отошёл на несколько шагов, потом сжал зубы и кинул пилюлю в водопад.

– Уважаемый Небесный Рог, это я, Бай Сяочунь из младшего поколения. Помните меня? Я приношу вам лекарственные пилюли уже целый год. Эм, не хотите ли попробовать новый вкус, который я недавно изобрёл?

Подождав немного и не получив ответа, он начал думать: что, если чернильному дракону Небесный Рог нравится другой вкус. Наконец он кинул другую пилюлю третьего ранга. Вскоре он уже бросил ещё семь или восемь пилюль. Начиная немного расстраиваться, он наконец кинул кучку пилюль афродизиака. Однако никакой реакции не последовало.

"Может быть, небеса обрекают Бай Сяочуня на то, чтобы у него не вышло вырастить непревзойдённого боевого зверя…" — подавленно вздохнув, он уже хотел уйти, когда вдруг туман в пещере заклубился и оттуда раздался глубокий древний голос.

– Не стоит даже пытаться, малыш… Я благодарен за твою доброту, но моя судьба уже решена три тысячи лет назад… Однако если ты сможешь заставить мою квинтэссенцию жизненной сущности снова пробудиться, даже на одно мгновение, тогда я сделаю всё, что бы ты ни попросил!

Бай Сяочунь вытаращил глаза. Тяжело дыша, он повернулся и спросил:

– В самом деле?



>>

Войти при помощи:



Следи за любыми произведениями с СИ в автоматическом режиме и удобном дизайне


Книги жанра ЛитРПГ
Опубликуй свою книгу!

Закрыть
Закрыть
Закрыть